Окончательное решение еврейского вопроса по Сталину ?

Ссылки на полезные сайты ; фaкты vs мифoв

Moderator: igorp

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Окончательное решение еврейского вопроса по Сталину ?

Postby igorp » 25 Apr 2005, 16:24

Нaзвaние темы "сoдрaнo" (я тoлькo дoбaвил '?') с темы-дискуссии Окончательное решение еврейского вопроса по Сталину. (waronline) ), к кoтoрoй я пoдключился тoлькo нa 6-й ее стрaнице, здесь же постaрaлся сoбрaть тo, чтo нaшел сaм, или былo приведенo в пoxoжиx темax.
--------------------------

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ГОЛГОФА
№ 8 / 22 Апреля 2005

Глава из книги «Из ада в рай и обратно
Аркадий ВАКСБЕРГ, Париж


Зловещие события первых двух месяцев 1953 года историками и очевидцами описаны множество раз, а единого мнения нет до сих пор. Что ожидало евреев в марте (скорее всего именно в марте) пятьдесят третьего? Каким мог быть, хотя бы только в пределах элементарной логики, естественный и неизбежный ход событий, независимо даже от того, что Сталин вынашивал в своей голове?

Вспомним еще раз цепочку событий. В печати уже объявлено о банде врачей-отравителей. Уже сообщено, что они действовали по указке некоего международного сионистского центра. Уже поименно названы их жертвы...

(Окончание следует)

Для тех, кто захочет тоже прочесть: похоже, сайт у них новый, еще не упорядоченный, все в куче.
После открытия этой ссылки, или полистать вниз (м.быть по дороге еще чего интересным покажется), или просто сделать поиск (на этой странице) на заголовок НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ГОЛГОФА


======

Чтобы не терзаться с поиском на все еще неупорядоченном сайте http://www.newswe.com :

ИГРА С ОГНЕМ
Сегодня мы публикуем специально подготовленный Аркадием Ваксбергом для нашего издания отрывок из его книги «Из ада в рай и обратно». Предваряя эту публикацию, мы обратились к писателю (ныне живущему в Париже) с просьбой дать оценку сегодняшней ситуации в России – после нашумевшего письма 20 депутатов Госдумы и погромно-хулиганского выступления генерала Макашова в телепрограмме В.Соловьева «К барьеру». Ниже - ответ Аркадия Ваксберга.

Парадоксальность сложившейся ситуации отражает политический хаос, двуликость и беспринципность, которые характерны для существующего сегодня в России режима. Эта парадоксальность состоит в том, что насаждаемого сверху, то есть государственного, антисемитизма в России сейчас нет – ни в какой форме. Если пользоваться юридическими категориями, то для обвинения путинского режима в антисемитизме нет ни прямых, ни косвенных улик. Никаких! Это во-первых. А во-вторых, есть обескураживающие факты беспомощности государства и его институтов обуздать эскалирующую лавину антисемитизма, очень умело раздуваемую черносотенными силами, занявшими крепкие позиции на самых высоких этажах власти и пользующимися попустительством тех органов, которые – просто в насмешку – все еще называются правоохранительными. Вопреки Конституции и Уголовному кодексу ни одно дерзкое и публичное проявление караемой законом ксенофобии в форме антисемитизма не получило должной правовой оценки - со всеми, законом предусмотренными, последствиями. Государственная Дума не пожелала вызвать хулиганствующих депутатов-антисемитов на трибуну и потребовать от них объяснений. О лишении их депутатского иммунитета и официальном требовании возбудить уголовное дело и речи быть не могло. Генеральный прокурор, использовав не правовую, а базарную лексику, уклонился даже от обсуждения вопроса. Президент и вовсе смолчал. Его, столь умилившее Запад, заявление в Польше о том, что ему стыдно за «проявления» антисемитизма в России, вполне приемлемо для гражданина Путина, но в устах президента Путина звучит не просто жалко, а обескураживающе: у президента есть власть (притом в реальности - абсолютная!), чтобы, при желании, положить конец тем «проявлениям», за которые ему приходится стыдиться. Но в этом случае он почему-то не только не «употребляет власть», а даже не называет вещи своими именами и не дает им (профессиональный юрист!) никакой правовой оценки.

Уровень антисемитских настроений в обществе, по-моему, все же не так велик, как об этом можно судить по опросу телезрителей в связи с выступлением живодера-коммуниста Макашова в дурацком спектакле, устроенном неумными телевизионщиками. Это все-таки ток-шоу, а не социологический опрос. Но тревожиться есть из-за чего. Всем известное резкое ухудшение экономического положения значительной части населения, падение жизненного уровня (а предстоит еще большее!) побуждает снова и снова, как было уже в российской истории множество раз, искать «виновных», дабы обратить на них гнев народа. Лучше, чем евреев, для этой роли никого не найти. Уверен: игра с огнем будет продолжаться.

Подготовил С.Ружанский




НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ГОЛГОФА

Аркадий ВАКСБЕРГ, Париж

Глава из книги «Из ада в рай и обратно


Зловещие события первых двух месяцев 1953 года историками и очевидцами описаны множество раз, а единого мнения нет до сих пор. Что ожидало евреев в марте (скорее всего именно в марте) пятьдесят третьего? Каким мог быть, хотя бы только в пределах элементарной логики, естественный и неизбежный ход событий, независимо даже от того, что Сталин вынашивал в своей голове?

Вспомним еще раз цепочку событий. В печати уже объявлено о банде врачей-отравителей. Уже сообщено, что они действовали по указке некоего международного сионистского центра. Уже поименно названы их жертвы. Уже пропаганда взывает к отмщению всему «сионскому кагалу». Уже сказано, что к ответу «убийц» призовут не доблестные чекисты, а весь народ (Николай Грибачев в органе ЦК КПСС журнале «Крокодил», 1953, № 5, с. 10). Что же дальше? Еще одна статья с проклятиями и угрозами? Еще две статьи? Двадцать две?.. А потом? Отступать некуда (даже если бы Сталин и захотел): страсти накалены до предела. Процесс может быть только публичным: именно для этого почти два месяца велась неслыханная по своей озлобленности и интенсивности психологическая обработка населения. Членов Еврейского Антифашистского комитета (ЕАК) арестовали тайно, следствие вели тайно, даже отрицали сам факт их ареста, поэтому и можно было их тайно судить. На этот раз широко разрекламированные арест, завершение следствия и обработка мозгов в прессе сами по себе исключали суд при закрытых дверях. В качестве «объективных наблюдателей» были бы приглашены иностранные гости. Видный французский адвокат и общественный деятель, исполнительный президент общества «Франция – СССР» Андре Блюмель рассказывал мне в 1970 году, что зимой 53-го он готовился для поездки в Москву на предстоящий процесс, причем «отбой» получил лишь в конце марта (он даже запомнил в точности день – «когда в Москве объявили амнистию», - то есть не ранее 27 марта).

Итак, публичный суд. Каждое слово, произнесенное на процессе, еще больше распалит страсти. Для чего же дана воля стихии – чтобы ее затем погасить? Но так ни в коем случае быть не может.

А что может? Ради чего затеяна эта кошмарная акция с вызовом всему миру? Более отдаленная цель очевидна: развязать новую войну (провокационность взрыва якобы бомбы, а, скорее всего, просто петарды, на территории советского посольства в Тель-Авиве 9 февраля была видна невооруженным взглядом), использовав – не в качестве ответного, а в качестве первого удара – ядерное оружие. Войну под легко усваиваемыми лозунгами: сокрушить всемирное зло (капитализм) и его агентов (евреев). Об этом он страстно мечтал, готовя народ к войне и подобрав для этого вечного и неизменного внутреннего врага, находящегося в неразрывном единстве с врагом внешним. Более подходящего момента и повода при жизни Сталина (он все-таки понимал, что не бессмертен) нет и не будет.

Такой была чуть более отдаленная цель, которой должна служить, и не только в качестве повода, другая – ближайшая.

Многочисленные свидетельства современников расходятся только в датах намеченного суда над убийцами в белых халатах: середина или конец марта. Да и – опять же по элементарной логике - оттягивать процесс дальше было нельзя: слишком долгое ожидание развязки после такой мощной психологической подготовки могло притупить остроту ощущений, на которую делалась ставка. Ничего нового сообщить населению пресса уже не могла, новым мог стать только процесс с его поражающими воображение признаниями подсудимых и громовыми прокурорскими речами.

О сталинском сценарии известно со слов весьма осведомленного человека - Николая Булганина. Он был тогда членом политбюро (президиума) ЦК и входил в узчайший круг тех, кого Сталин еще не отстранил от себя. Не случайно на последний ужин, непосредственно предшествовавший концу, Сталин пригласил только Маленкова, Берию, Хрущева и Булганина. Так что Булганину ли не знать?..

По его свидетельству, казнь (повешение) должна была свершиться публично на двух центральных московских площадях – Красной и Манежной. Двух, чтобы они могли вместить как можно больше зрителей, воздействовать на массы и спровоцировать погромы. Врачей должны были вешать не только в Москве, но развезти их по другим городам и публично казнить там: в Ленинграде, Киеве, Минске, Свердловске, чтобы лицезрение этого прекрасного зрелища не досталось одним москвичам (»Новое время», 1993, № 2-3, с.47-49). Булганин подтвердил также, что вслед за этим должна была последовать депортация евреев на Дальний Восток «для искупления их вины на тяжких работах» и что лично он получил указание Сталина подготовить для этого 800 железнодорожных составов и организовать крушения эшелонов, нападение на поезда разгневанных граждан и всячески поощрять проявление ими своих «естественных чувств».

О том же самом рассказывал в середине пятидесятых Илье Эренбургу Пантелеймон Пономаренко – после того, как отправился в почетную ссылку: послом в Польше, а потом в Нидерландах. В конце 1952 – начале 1953 года он был секретарем ЦК и хорошо знал всю закулисную подготовку не из вторых рук. Его рассказ ничем не отличается от свидетельства Булганина - с одним лишь уточнением: Сталин, по словам Пономаренко, поделился своим планом на заседании президиума ЦК и был поддержан только Берией. Напомнив Молотову об этом событии, его конфидент Феликс Чуев получил такой неожиданный ответ: «Что Берия причастен к этому делу, я допускаю». И все… (Ф.Чуев, Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1993, с. 326-327). То есть, иначе говоря, Молотов не опроверг самый факт существования такого проекта («этого дела»), даже его подтвердил, но приписал авторство Берии, отводя от Сталина вину за чудовищное преступление, которое тот задумал. Но ясно же, что без Сталина этот замысел нельзя было не только осуществить, но и огласить даже в самом узком кругу.

В своих мемуарах Никита Хрущев свидетельствует, что «Сталин, безусловно, был подвержен позорному недостатку, который носит название антисемитизма». Но – и это самое главное - он подтверждает то, о чем поведали Булганин и Пономаренко: «Ставился вопрос вообще о еврейской нации и ее месте в нашем социалистическом государстве», а его коллега по политбюро Анастас Микоян заявляет еще определеннее, без всяких иносказаний: «За месяц или полтора до смерти Сталина начало готовиться «добровольно-принудительное» выселение евреев из Москвы. Только смерть Сталина помешала исполнению этого дела». (»Огонек». 1990, № 7 и А. Микоян, Так было, М., 1999. с.536). Таким образом, четверо самых приближенных к Сталину на последнем витке его жизни – три члена политбюро и один секретарь ЦК – подтверждают, притом фактически в одинаковых выражениях, подлинность замысла, переводя его из области слухов в несомненную реальность. Светлана Аллилуева вспоминает о том, что в январские дни пятьдесят третьего года жена Николая Михайлова, главы агитпропа, секретаря ЦК, напрямую задействованного в пропагандистской антисемитской акции, сказала ей: «Я бы всех евреев выслала вон из Москвы». (С.Аллилуева, Только один год, М., 1990, с.135). Жены секретарей ЦК не могли так высказываться самовольно, если не имели соответствующей информации от своих мужей, да притом без указания держать язык за зубами. Ее голосом говорил сам Михайлов.

Существует и множество других свидетельств, каждое из которых можно было бы, наверное, поставить под сомнение, но все они вместе создают убедительнейшую доказательственную базу.

Есть, например, свидетельство приближенного к верхам академика Евгения Тарле (Сталин освободил его из Гулага и трижды наградил премией своего имени, в том числе за книгу о Наполеоне) о том, что операция была разработана подробно, с указанием, кто погибает от «народного гнева» сразу, а кого везут в зону вечной мерзлоты, с расчетом, что по дороге тридцать-сорок процентов из них погибнут от холода, голода, болезней и издевательств конвоя.

Один из телохранителей Сталина, майор госбезопасности Алексей Рыбин (он дожил до перестройки, когда у него развязался язык), оставшийся беспредельно верным памяти и делам своего кумира, признался, однако, что присутствовал на двух секретных оперативных совещаниях, где отрабатывались детали этой операции. Он вспоминает, что был отправлен в паспортный отдел московской милиции, чтобы лично удостовериться в точности и полноте списка врачей «неарийского» происхождения с указанием их домашних адресов. Зачем же составлялись столь странные списки? Ясно, что эти адреса должны были быть переданы погромщикам, - кому бы еще они могли пригодиться? Об этом можно услышать его рассказ «живьем», перед кинокамерой, в документальном фильме Семена Арановича «Я служил в охране Сталина». Заподозрить Рыбина – верного сталинского лакея, фанатично преданного ему до своего последнего вздоха, - в поклепе на вождя и вообще на кого бы то ни было из деятелей советской власти просто немыслимо. Рыбин оставил такое свидетельство в убеждении, что оно не компрометирует Сталина, а возвышает: ведь что бы вождь ни делал, он был всегда прав!

Существует версия (хотя она и не имеет безусловного подтверждения), что по пути к Голгофе толпа должна была вырвать осужденных врачей из рук конвоя и линчевать их, - погромы начались бы немедленно вслед за этим. Можно допустить, что такой исход – гипертрофированная фантазия обезумевших от страха людей, создавших в своем воображении логический финал кровавой мистерии. Однако тщательно собиравший свидетельства о тех кошмарных днях Василий Гроссман писал в своем романе-документе «Жизнь и судьба»: «казнь еврейских писателей и актеров предшествовала зловещему процессу евреев-врачей, а за ними уже должен был следовать хорошо организованный и дирижированный самосуд распаленной толпы». Гроссман ни разу не позволил себе утверждать без оговорок что бы то ни было, если это вызывало у него даже малейшие сомнения. В искажении исторической правды он никогда не был замечен: его травили как раз за то, что правда колола глаза. Просто непостижимо, почему это утверждение Гроссмана не подверглось разгрому со стороны Г. Костырченко, упорно отрицающего «миф» о готовившейся депортации («Тайная политика Сталина», М., 2001). И даже вообще им не упомянуто как не заслуживающее внимания серьезного исследователя.

В Израиле, в издательстве «Кругозор», посмертно вышла книга воспоминаний «Тревожное время» умершего в 1996 году Героя Советского Союза, бывшего ефрейтора Григория Саульевича Ушполиса, который в начале пятидесятых годов, окончив партийную школу, был сотрудником аппарата ЦК компартии Литвы. В седьмой главе его книги есть такой пассаж: «В то время мне и в голову не могло придти, что готовится депортация всех евреев страны. Предстояла их высылка из постоянных мест проживания в далекие северные районы по опыту, который Сталин во время войны применял к другим народам...». Об этих планах Г. Ушполису стало известно от первого секретаря ЦК Антанаса Снечкуса, который поручил ему поехать на товарную станцию и проверить, в каком состоянии находятся эшелоны для отправки людей. Редактор книги Ц.Раз, попросивший Г. Ушполиса уточнить этот эпизод, рассказывает с его слов в газете «Еврейский камертон», что пустые вагоны были далеки от готовности, но начальник товарной станции заявил: «Жиды смогут и в таких вагонах отправиться на вечный покой».

Еще несколько свидетельств – все одного порядка.

Мужем известного литературоведа Раисы Орловой (в девичестве Либерзон; во втором браке замужем за Львом Копелевым) был Николай Орлов, номенклатурный работник, функционер, окончивший Высшую партийную школу. Он принес ей новость, услышанную от коллег: насильственное переселение всех евреев на Дальний Восток должно начаться 15 марта после казни «сионистов» на Красной площади (Р. Орлова, Воспоминания о непрошедшем времени, М., 1993, с. 205).

Длительное время собиравший свидетельства подобного рода журналист Зиновий Шейнис приводит их несколько, в том числе бывшего сотрудника госбезопасности, а затем работника аппарата ЦК Николая Полякова, который утверждал, что был назначен секретарем комиссии по депортации евреев, председателем комиссии, по его словам, стал новый партийный идеолог Михаил Суслов. (Зиновий Шейнис, Провокация века, М., 1992, с. 122-123). Тот же Поляков сообщал, что списки подлежащих депортации отделяли «чистых» евреев от полукровок (этих следовало депортировать во вторую очередь) и что на Дальнем Востоке спешно строились бараки, непригодные для жилья.

Я был бы готов отнестись скептически к этому, слишком уж сенсационному, утверждению, поскольку не все, что исходило от Шейниса, в точности соответствовало действительности, но как раз данную информацию подтвердила и тогдашний начальник пенсионного управления Министерства социального обеспечения РСФСР Ольга Голобородько, которая интересовалась в Совете министров, придется ли и как выплачивать пенсию депортированным евреям, и ответа не получила, поскольку чиновники Совмина никаких инструкций на этот счет не имели. С О.Голобородько беседовал мой коллега, журналист «Литературной газеты» Григорий Цитриняк, рассказавший мне в подробностях об этой встрече. Краткий вариант этого интервью был опубликован в «Литературной газете».

Тогда же был издан подписанный Сталиным «приказ №17» с грифом «совершенно секретно», которым предписывалось «незамедлительно уволить из МГБ всех сотрудников еврейской национальности, вне зависимости от их чина, возраста и заслуг». (»Источник». 1993, № 0/пилотный, с. 55)

Известный американист, академик Георгий Арбатов рассказывает в своих воспоминаниях со слов крупного советского разведчика Бориса Афанасьева, что «в начале 1953 года были получены предписания увеличить в связи с предстоящим «наплывом» заключенных «емкость» тюрем и лагерей и подготовить для перевозки заключенных дополнительное количество подвижного железнодорожного состава».

Хорошо осведомленный о событиях того времени, будущий сотрудник международного отдела ЦК Александр Бовин подтверждает сообщение Г.Арбатова: «Судя по тому, что мы знаем, речь шла не только об уничтожении еврейской элиты, а о том, чтобы уничтожить или заключить в огромное гетто всю еврейскую общину Союза». (Г.Арбатов, Свидетельство современника, М., 1991, с. 18-19 и А.Бовин, Записки ненастоящего посла, М., 2000, с.150).

О том же самом я слышал непосредственно от Бориса Мануиловича Афанасьева, подлинная, не русифицированная, фамилия которого была Атанасов. Этот старый болгарский революционер, ставший советским шпионом-убийцей (он был причастен к ликвидации в Лозанне перебежчика Игнатия Рейса и к другим «мокрым» делам Лубянки), работал под конец жизни заместителем главного редактора журнала «Советская литература» (на иностранных языках). Сначала без большой охоты, а потом, отпустив невидимые тормоза и увлекшись, Афанасьев поведал о том, что на депортацию всех московских евреев Сталин отвел максимум три дня. Для тех, кто не успеет погрузиться в вагоны, чекистам предстояло найти «какой-то выход на месте». Нетрудно представить себе, что это был бы за «выход».

О том же в моем присутствии рассказывал Лев Шейнин. Хотя сам он в те дни, когда готовилась депортация, находился в тюрьме, но, выйдя на свободу после смерти Сталина, восстановил старые связи с крупными чинами госбезопасности и прокуратуры, которые имели касательство к проведению операции. Они тоже подтвердили, что по отделениям милиции были разосланы телефонограммы о составлении списков – причем не только врачей, а вообще всех лиц «определенной» национальности. Шейнин рассказывал это на скромном застолье в доме нашего общего приятеля, полковника юстиции, профессора Аркадия Полторака, вместе с которым он работал в советской части обвинения на Нюрнбергском процессе. Полторак тоже многое знал, и за столом сидели еще какие-то осведомленные люди, в том числе один крупный аппаратчик из международного отдела ЦК (В.Шапошников). Дело происходило в конце шестидесятых или в начале семидесятых годов, и все события пятьдесят третьего были еще очень свежи в памяти. Помню, присутствующие, в том числе и Полторак, не только подтвердили и составление списков, и постройку бараков, и готовность товарных эшелонов отправиться в путь, но и дополнили свидетельство Шейнина такой деталью: на домашние сборы каждому давалось не более двух часов, с собой можно было взять только один чемодан или узел, а всех, кто не выдержит трудности пути – без еды, без тепла, - предписывалось сбрасывать на ходу, когда поезд будет идти вдоль безлюдных полей или лесов, на тридцатиградусный сибирский мороз.

Поэт Семен Липкин в беседе со мной перед кинокамерой (Переделкино, 20 августа 2002 года), рассказал, что в конце пятидесятых годов лично видел в отдаленных и пустынных районах северного Казахстана (был приглашен для поездки по республике как переводчик казахской поэзии) непригодные даже для скота пустые деревянные постройки, которые, как объяснил ему секретарь местного райкома партии, предназначались для евреев, подлежавших депортации из европейской части Советского Союза в 1953 году. Этот его рассказ вошел в документальный фильм «Реприза», снятый по моему сценарию, и это свидетельство было тотчас отвергнуто Костырченко: оказывается, 90-летнего Липкина подвела память, и вообще он свидетельствовал под моим «гипнотическим взглядом».

Наверняка существует много других свидетельств того же рода, сохранившихся в памяти современников. Добавлю к ним еще два своих.

В моем архиве хранится письмо из Тбилиси, полученное, судя по почтовому штемпелю, в феврале 1952 года (точная дата штемпеля смазана). Его автор – моя, тогда еще 19-летняя, приятельница, Джильда Коркиа. Отец Джильды – известный в Грузии писатель Родион Коркиа – входил в элитарный круг тбилисской интеллигенции, где чуть ли не все были тесно связаны дружескими, если не родственными, узами с партийным руководством. Вот фрагмент этого письма: «Не надо ждать до последней минуты и надеяться на какое-то чудо. Спасется тот, кто опередит события. Если бы я не знала в точности, что всех вас (так и написано! – А.В.) ожидает, не стала бы поднимать панику. Хотела послать телеграмму, но – опасно, да ты ничего бы и не понял. Если ты и сейчас не понимаешь, то уж мама-то твоя не может не понимать. Потом будет поздно – мне хочется это кричать прямо в твои уши. /…/ Жду телеграммы: «Встречайте тогда-то». И мы встретим. А за остальное не беспокойся». Потом Джильда мне объяснила, что о готовящейся депортации российских евреев ее отец узнал с достоверностью от своего друга, возглавлявшего в ЦК Грузии сектор, курировавший госбезопасность.

Впоследствии оказалось, что этот «секрет» был вообще известен всему городу. Скончавшийся весной 2002 года в США грузинский писатель, философ, футуролог и социолог Нодар Джин мальчиком жил в еврейском квартале Тбилиси – Петхаин. Он рассказал, что в начале 1953 года всем еврейским семьям было приказано приготовиться к «эвакуации» в Казахстан. («Дружба народов», 1997, № 12, с. 213) Вероятно отец Джильды просто знал больше, чем «весь Тбилиси».

Тогда же, в феврале пятьдесят третьего, мы получили и еще один сигнал. Клиентом моей матери-адвоката была полковник в отставке Наталья Владимировна Звонарева (мать защищала в суде ее юного сына, оказавшегося в группе сверстников-воришек). До ухода на пенсию она работала в штабе военной разведки, где занимала весьма высокий пост: ее имя можно встретить в воспоминаниях многих бывших сотрудников ГРУ. С матерью у нее установились не только формальные отношения. Помню, как она без предварительного звонка примчалась к нам домой, и две женщины долго разговаривали наедине в маминой комнате. Потом мать рассказала мне, что Наталья Владимировна умоляла «не ждать ни одной минуты и уехать куда-нибудь подальше», где можно положиться на русских друзей и «переждать». На то, что ждать придется недолго, она всего лишь надеялась, а то, что выселение неизбежно, «притом с кошмарными последствиями», знала наверняка - от своих коллег, с которыми сохранила дружеские, доверительные отношения. У полковника Звонаревой не было не только ни капли еврейской крови, но и тесных еврейских контактов, - об этом ее ведомство знало достоверно. Оттого, наверно, от нее не таились. Наталья Владимировна в силу своих профессиональных и личных качеств хорошо отличала надежную информацию от слухов и ошибиться не могла, тем более что ее сообщение подтверждается десятками других свидетельств.
(Окончание следует)


НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ГОЛГОФА
Глава из книги «Из ада в рай и обратно»
Аркадий ВАКСБЕРГ, Париж

(Окончание. Начало в предыдущем выпуске«МЗ»)
А.Н.Яковлев на основании изученных им материалов президентского архива утверждал, что Дмитрию Чеснокову, профессиональному аппаратчику, объявленному «философом» и даже удостоенному степени доктора философских наук, было поручено дать научное (пропагандистское!) обоснование готовившейся депортации (Alexandre Iakovlev, Ce que nous voulons faire de l’Union Soviйtique, Paris , p.147), за что он внезапно был вознесен на партийный Олимп (16 октября 1952 года Сталин сделал его, к полной для всех неожиданности, членом президиума ЦК КПСС) и сразу же после смерти своего благодетеля (6 марта 1953 года) он был сброшен оттуда за ненадобностью. Притом – как! Из члена высочайшего партийного ареопага Чесноков превратился в заведующего отделом Горьковского обкома – за что же был так разжалован, пробыв в верхах всего-то четыре месяца? (А.Д. Чернов, 229 кремлевских вождей. М., 1996, с.302) Да за то, что принял слишком уж ревностное участие в неудавшейся акции Сталина, от которой новые хозяева Кремля спешили отмыться.

Совокупность огромного количества фактов и свидетельств современников убеждает в том, что существование безумного плана сталинского (модифицированного гитлеровского) Холокоста не миф, а реальность. Противореча самому себе, это же подтверждает, в сущности, и Г.Костырченко, подытоживая свою книгу (с.707). Он справедливо пишет, что в начале 1953 года «возникла реальная угроза перехода государственного антисемитизма в агрессивную открытуюформу» (выделено мною. – А.В.) и что в последнюю минуту Сталин «вынужден был пойти на попятную», то есть отказаться от своего замысла. Вот это как раз вполне возможно! Значит, замысел был, иначе на какую такую «попятную» он «вынужден был пойти» и от чего именно отказаться? Что и требовалось доказать...

Мне кажется, весь этот спор вообще ведется на ровном месте и не заслуживает той остроты, которую он приобрел. Происходит смешение двух, отнюдь не тождественных, понятий: замысла и решения. Решение, то есть готовый к реализации проект, ожидающий лишь приказа нажать на некую кнопку, действительно, требовал каких-то, нуждающихся в формальной фиксации, действий, ибо никто не стал бы сгонять в товарные вагоны десятки и сотни тысяч людей, не имея оправдывающего эти действия приказа. Замысел же и подготовительные шаги для его осуществления, которые в то же время были и зондажем, позволявшим определить реальность проекта и реакцию на него, - это вовсе не требовало той сложной бюрократической подготовки, на отсутствие которой все время ссылаются «скептики». А вот то, что Сталин, встретив ту реакцию, о которой сказано выше, тормознул, отказался, хотя бы на время, от своего замысла, - в это можно поверить. Это укладывается в нормальную логическую и психологическую схему его поведения. Скорее всего, он отказался от замысла немедленно развязать войну – этот отказ автоматически вел и к отказу от всего, что работало на главную цель и было органично связано с нею.

Отвержение несомненно существовавшего и готовившегося к реализации замысла традиционно мотивируют отсутствием письменных документов, которые подтверждали бы его наличие. Заметим, что «ненайденность» по самой элементарной логике не равнозначна «отсутствию»: на этом принципе строится криминалистическая теория доказательств. Но дело даже не в этом. Аргумент вообще не новый: точно так же отрицается и «окончательное (нацистское) решение еврейского вопроса» - где документы, подтверждающие, что под «окончательным решением» подразумевались газовые камеры и вообще физическая ликвидация?

А приказ Сталина убить Троцкого – он что, задокументирован? А документ – за номером, с печатью и подписью – об убийстве Михоэлса существует? Где документ о приказе Сталина расстрелять Зиновьева, Бухарина, Пятакова, Бухарина, Рыкова? Под приговором есть подпись Ульриха – подписи Сталина нет: где написано, что приговор продиктовал Ульриху именно Сталин?

А все иные, поистине нескончаемые, преступления Сталина, - они отражены в документах? Если нет, вправе ли мы его в них обвинять? Конечно, нет! – радостно воскликнут плодящиеся ныне простым делением пламенные сталинисты. Пусть восклицают, а караван пойдет своей дорогой...

Фетишизация документа – «болезнь», весьма распространенная среди архивистов. По счастью, не всех. «Устная история (oral history), - пишет член-корреспондент российской Академии наук, доктор исторических наук, профессор Рувим Ганелин, - требует к себе внимания как отразившая в качестве своеобразного источника не только восприятие событий современниками, но и сами эти события. Ведь деликатность, двусмысленность, а то и трагичность исторических ситуаций явились причиной особенных искажений в отображении их и связанных с ними событий в письменных памятниках эпохи. /.../ Показания современников-наблюдателей – единственное живое слово об эпохе...» (Петербургский Еврейский университет, Серия «Труды по иудаике», вып. 3, СПб, 1995).

Миллионы фактов и событий вообще не нашли никакого отражения в письменных источниках. К тому же архивы советских времен неоднократно подвергались «прополке» - на этот счет есть много свидетельств. И уж совсем невозможно строить свои рассуждения на самом факте отсутствия документов – это очевидно для каждого: иначе важнейшие события советской истории прошедшего века так и останутся белыми пятнами. Между тем криминалистика относит свидетельские показания, тем более внушительную их совокупность, и отсутствие противоречий между ними к числу несомненных доказательств («прямых улик») для установления факта или события – во всяком случае, не менее несомненных, чем документы, ибо документы, говорил Юрий Тынянов, могут лгать, как люди...

Наконец, существуют совсем уж аутентичные свидетельства – что называется, из первых рук. Речь идет о подготовленном письме знаменитых евреев на имя Сталина с просьбой защитить советских евреев от справедливого гнева народа, дав им возможность искупить вину всех своих соплеменников в Сибири и на Дальнем Востоке. Хотя многие важные детали остаются неизвестными до сих пор, эта страница все же поддается теперь достоверной реконструкции.

В конце января 1953 года начался сбор подписей еврейской элиты под письмом, текст которого сочинили три активиста (возможно, не только они): историк-академик Исаак Минц, член редколлегии и штатный фельетонист «Правды» Давид Заславский и политический журналист Яков Хавинсон, писавший под псевдонимом «М.Маринин». В недавнем прошлом он был генеральным директором ТАСС. Все трое относились к числу «государственно полезных» евреев, ибо всегда безоговорочно и, с точки зрения Кремля, профессионально выполняли самые деликатные и важные идеологические заказы. Уже одно то, что в сборе подписей, типографском наборе письма и подготовке его к публикации принимали участие сначала секретарь ЦК Николай Михайлов, затем главный редактор «Правды» Дмитрий Шепилов, а сам сбор происходил в помещении редакции, свидетельствует о том, что все это делалось по поручению Сталина. Вызывать в «Правду» еврейских знаменитостей и добиваться от них подписи под столь рискованным документом – да кто же позволил бы себе такое, не будучи на то уполномочен с очень большого верха? Дважды Героя Советского Союза, полковника (в скором будущем генерала) Давида Драгунского срочно вызвали из Тбилиси (он командовал танковой дивизией, дислоцированной в Закавказском военном округе), чтобы заполучить и его автограф. Генерал примчался на военном самолете. Кто же это мог взять на себя – в сталинское-то время?

Теперь у нас есть возможность не задавать эти риторические вопросы и не ограничиваться логическими умозаключениями. Во-первых, есть прямое свидетельство самого осведомленного человека, к тому же оставшегося до последних дней своей долгой жизни преданным сталинистом. Лазарь Каганович, многолетний член политбюро, рассказывал Феликсу Чуеву, что с предложением поставить и его подпись к нему пришел тот самый секретарь ЦК Михайлов, жена которого озвучила перед Светланой Аллилуевой проект выселения евреев из Москвы. /Ф.Чуев, Так говорил Каганович. М., 1992, с.174/ Уже одно это исключает самодеятельность трех активистов. Но еще важнее другое. В ответ на отказ подписаться Каганович услышал недоуменный возглас Михайлова: «Как?! Мне товарищ Сталин поручил». Каганович повторил: «Не подпишу, так и передайте. Я сам товарищу Сталину объясню». Когда я пришел,- продолжил рассказ Чуеву Каганович, - Сталин меня спрашивает: «Почему вы не подписали письмо?» Я ему напомнил: «Я член Политбюро ЦК КПСС, а не еврейский общественный деятель»/там же/. Важно не то, почему письмо не подписал Каганович, - важно, что приказал его написать и назвал тех, кто должен его подписать, Сталин.

Достоверность записи Чуева подтверждается письмом, полученным «Литературной газетой» из Израиля в 1991 году. Причины, по которым редакторат отказался его печатать, мне не известны, но ксерокопия подлинника письма сохранилась в моем архиве. Автор – родной племянник Лазаря Кагановича, киевский журналист (сотрудник газет «Вечерний Киев» и «Киевский вестник») Михаил Каганович, писавший под псевдонимом К.Михайленко. Он сын одного из пяти родных братьев Лазаря – Арона Моисеевича Кагановича.

Михаил подробно воспроизвел свой разговор с дядей, в частности, эпизод с отказом поставить свою подпись под письмом в «Правду», и последующий разговор со Сталиным. «Не надо, не надо горячиться, товарищ Каганович, - резко прервал меня Сталин. – Я с вами согласен. Считайте вопрос решенным: товарищ Сталин (он частенько говорил о себе в третьем лице) не настаивает на вашей подписи под письмом в «Правду». – «Но это еще не все, - перебил я его. – Я вообще считаю, что в таком письме нет необходимости. Ведь это абсурд, все тут же поймут, что оно сфабриковано в ЦК и что людей принудили его подписать, потому что никто не верит в обвинения, выдвинутые против ни в чем не повинных врачей». – «Они сами во всем сознались», - ответил мне Сталин. Собираясь уже уходить, я со злостью бросил Сталину: «А то ты не знаешь, как выбиваются эти признания! Ты бы сам под пытками у Берии и Игнатьева (он был тогда министром госбезопасности) сознался, что работал в царской охранке, был гитлеровским шпионом или сотрудником Джойнта. До свидания, товарищ Сталин!» Это была моя последняя фраза Сталину, это был последний с ним разговор за десятилетия совместной работы и личной дружбы. Я видел, как он помрачнел, у него начиналось чуть ли не обморочное состояние. Я вышел из кабинета, послал туда секретаря, сидевшего в приемной, а сам уехал к себе на дачу, ибо чувствовал, что работать после такого разговора не смогу».

К тому моменту, когда Каганович делился с племянником своими воспоминаниями, в живых не было уже ни одного другого «ближайшего соратника», который мог бы его опровергнуть. Лишь поэтому, скорее всего, он приписал себе геройский поступок, будто бы совершенный один на один со Сталиным. Кому не ясно, что без тщательно подготовленных предварительных мер коллективной безопасности это было вообще невозможно: бунтовщик мог не выйти из Кремля и запросто сам возглавить на предстоящем процессе презренную сионистскую банду. Но его свидетельское показание, даже с поправкой на неуклюжее возвеличивание самого себя, нельзя игнорировать. Оно говорит о том, какое значение придавалось акции с письмом в «Правду» и какую роль в ней играл сам Сталин. Отпор, который ему оказали, не мог не повлиять на состояние уже весьма ослабевшего организма. Вскоре поразивший Сталина инсульт, разумеется, находился в причинной связи с тем психологическим нокаутом, который он получил. Людоед, задумавший сожрать всех евреев, обломал о них зубы.

Сохранилось и несколько письменных свидетельств заангажированных участников этой акции.

Писатель с безупречной нравственной репутацией Вениамин Каверин (Зильбер), вызванный в «Правду» Хавинсоном, вспоминал: «Я прочитал письмо: это был приговор, мгновенно подтвердивший давно ходившие слухи о бараках, строившихся для будущего гетто на Дальнем Востоке. Евреи в своей массе, говорилось в письме, заражены духом буржуазного воинствующего национализма, и к этому явлению мы, нижеподписавшиеся, не можем и не должны относиться равнодушно. Из письма с непреложностью вытекало, что мы заранее оправдываем новые массовые аресты, высылку ни в чем не повинных людей. Мы не только заранее поддерживали эти злодеяния, мы как бы сами участвовали в них - уже потому, что они совершались бы с нашего полного одобрения. Подписать это письмо значило пойти на такую постыдную сделку с совестью, после которой с опозоренным именем не захочется жить». /В.Каверин, Эпилог. М., 1989, с.316-317/

Каверин на сделку с совестью не пошел. Он был единственным, кто без хитрости и лукавства, ничем не мотивируя, категорически отказался поставить свою подпись. Поступок, истинное значение которого по-настоящему не оценено. Но и те, кто придумал для отказа какие-то смешные отговорки, заслуживают благодарной памяти.

Евгений Долматовский, очень популярный в те годы поэт, его песни – «Любимый город», «Все стало вокруг голубым и зеленым», «На Волге широкой, на стрелке далекой...» - пели повсюду, - рассказывал мне уже в девяностом году: «За мной не приехали – мне звонили. Надо, мол, явиться в «Правду» и подписать документ государственной важности. Про содержание не говорилось, но достаточно было того, что звонил Давид Заславский, я его хорошо знал. И ничего хорошего от него не ждал. К тому же он сказал: «Пора вспомнить, Евгений Аронович, что вы еврей». Нет, возразил я ему, национальность у меня советская, а главное – я русский поэт. И только этим известен. Мои русские песни поет русский народ, и он знает меня как русского, а не еврейского поэта. Заславский стал что-то говорить в угрожающем тоне. Надо было выиграть время. Почему-то мне пришло в голову напомнить, что Шостакович только что написал на мои стихи четыре песни для голоса и фортепиано и еще кантату «Над родиной нашей солнце сияет». А сейчас, говорю, мы работаем с ним над песней о товарище Сталине. Ни над чем мы с ним тогда не работали, но я соврал – в надежде, что никто проверять не будет. А будет – Шостакович не подведет. «Конечно, вы понимаете, сказал я Заславскому, что песня о товарище Сталине важнее, чем все остальное». Плешивый отстал. И больше мне никто не звонил».

Поступок Долматовского можно оценить, лишь зная некоторые подробности его биографии. Отец поэта, известный в прошлом московский адвокат, доцент юридического института А.М.Долматовский был расстрелян в феврале 1939 года, сам же он, фронтовой корреспондент, оказавшись на Украине в окружении, попал в плен, откуда бежал. Ничего не стоило припомнить ему и то, и другое, и он, конечно, хорошо это осознавал.

Михаил Ботвинник в пятьдесят третьем году был на вершине своей шахматной карьеры: чемпион мира! Имя его гремело на всех континентах. Собирая еврейских знаменитостей, Заславский с Хавинсоном не должны были его обойти. Ботвинник зло отказывался от разговора со мной, просил не беспокоить – ни за что не хотел возвращаться к тем «кошмарным дням». Кошмарным – это его выражение. Наконец, после третьего или пятого моего захода (декабрь 1991 года), признался: «Меня донимал какой-то академик (видимо, Минц. – А.В.): «Подпишите, все уже подписали». Но как раз в это время я играл с Таймановым короткий матч за первое место в чемпионате СССР (М.М.Ботвинник и М.Е.Тайманов разделили 1-2 места в чемпионате. Матч между ними игрался с 25 января по 5 февраля 1953 года, так что память Ботвинника не подвела. – А.В.) – очень подходящий повод попросить, чтобы не беспокоили. И меня еще предупредил Батуринский (полковник юстиции, занимавший руководящий пост в советской шахматной федерации), чтобы сразу по окончании матча (Ботвинник его выиграл. – А.В.) я не подходил к телефону, а еще лучше куда-нибудь бы уехал подальше от глаз. Уехать я не мог, но к телефону не подходил. Не зная, в чем дело, - просто на всякий случай. Поверил Батуринскому – человек осведомленный и зря не посоветует. Домашние тоже на звонки не отвечали, хотя телефон трезвонил с утра до ночи, - может, впрочем, кто-то хотел просто поздравить, но мне было не до поздравлений».

Виктор Давыдович Батуринский (с ним беседовал по моей просьбе корреспондент «ЛГ») не мог вспомнить, был ли у него с Ботвинником такой разговор. Принципиального значения это не имеет. Представляю себе, как мучился Ботвинник: в сорок восьмом году он письменно приветствовал создание Государства Израиль и признание этого государства Кремлем. /Еврейский Антифашистский комитет в СССР. 1941-1946. М., 1996, с.279/ Его подпись под письмом в «Правду» могла бы, возможно, смягчить его вину за тот ужасный поступок, если бы пришло время держать ответ. Не подписал. Важно ли, как это ему удалось? Не подписал...

Смог я поговорить – тогда же, в декабре девяносто первого, - и с еще одним реликтом из той же плеяды, - с прославленным басом Большого театра Марком Рейзеном. Когда я ему позвонил, певцу было уже девяносто шесть лет. Как ему не хотелось, чтобы я пришел для этого разговора! Но я все же пришел. Почему-то не работало отопление. Марк Осипович сидел в некогда роскошной, богато обставленной и – совершенно нежилой, выстуженной комнате. В дубленке и валенках. Повел меня на кухню, где горели все четыре конфорки газовой плиты. Я вытащил магнитофон – он властным жестом от него отмахнулся, повелел не включать. «Ну, было там какое-то сборище. Смутно помню. Прислали «зим». Какой-то академик держал речь: надо исполнить свой гражданский долг. Я сказал: «Мой гражданский долг – петь. У меня сегодня спектакль. Может придти товарищ Сталин. Когда спою, присылайте «зим» снова. Тогда поговорим». Не прислали».

Только у нас такое возможно: имя товарища Сталина помогало бороться с замыслом товарища Сталина. То есть, иначе сказать, с ним самим. Молодцы – догадались!..

Нашлись отговорки и еще у нескольких человек. Про иных известно достоверно.

Уклонился от подписи Герой Советского Союза, генерал Яков Крейзер (впоследствии «полный», как говорили раньше, генерал, то есть генерал армии). Уклонился академик Евгений Варга – старый венгерский коммунист, осевший в Москве, - он позволял себе спорить со Сталиным и в двадцатые, и в тридцатые годы. Отказался профессор Александр Горинов, член-корреспондент Академии наук, крупнейший специалист по строительству железных дорог. Есть не поддающиеся пока проверке сведения о том, что отказались также академик-экономист Иосиф Трахтенберг, профессор-историк Аркадий Ерусалимский, профессор-международник Исаак Звавич. Зато согласившихся хватало с избытком.

Подписали бывший министр Борис Ванников, генералы Давид Драгунский и Соломон Кремер, академики Александр Фрумкин, Семен Вольфкович, Григорий Ландсберг, конструктор самолетов Семен Лавочкин, писатели Василий Гроссман, Самуил Маршак, Павел Антокольский, Маргарита Алигер, Лев Кассиль, композитор Матвей Блантер, музыканты Давид Ойстрах, Эмиль Гилельс, дирижеры Юрий Файер, Самуил Самосуд, балерина Суламифь Мессерер (тетя Майи Плисецкой) и еще многие другие, очень известные советским гражданам и в большинстве своем весьма достойные, люди. Ими руководили страх, отчаяние и надежда.

Да, надежда: как признавался впоследствии Василий Гроссман, он думал, что, отдав на заклание несколько десятков и без того обреченных врачей, избавит от уничтожения весь еврейский народ. Спасет большинство, пожертвовав меньшинством./Семен Липкин, Жизнь и судьба Василия Гроссмана. М., 1990, с.33/ До конца жизни Гроссман казнил себя за этот поступок. Самуил Маршак плакал на груди своего друга Александра Твардовского, уверяя, что за эту слабость ему нет никакого прощения. Матвей Блантер, автор всенародно любимой «Катюши», каждое утро с ужасом открывал газету, страшась увидеть свою фамилию под этим письмом.

Зимой 1976 года мы встретились в переделкинском доме творчества с Павлом Григорьевичем Антокольским. Вообще-то он жил на своей даче в писательском поселке «Пахра», но в Переделкине шел какой-то поэтический семинар, и вести одну из групп пригласили Антокольского. Я с ним был знаком еще по литературной студии МГУ, которой он какое-то время руководил, - возможно, это подвигло меня спросить его про злополучную историю с письмом, о которой смутно что-то слышал, но воспринял как «испорченный телефон».

Антокольский не пытался изобразить из себя героя – сказал с мужественной прямотой: «Мы с Гроссманом (выделил только его!) подписали». Мне хотелось понять: «Вас запугивали, вам угрожали?» Он посмотрел на меня с удивлением: «Ну, что вы! Обвораживали и ублажали. На столе стояла огромная ваза с пирожными – до них никто не дотронулся. Зато, поверьте, теперь я знаю, что чувствует кролик, когда с ним тешится удав перед заглотом».

Маргариту Алигер мне удалось разговорить в конце сентября девяносто первого - незадолго до ее смерти. Она переживала одну трагедию за другой (смерть мужа, трагическую гибель дочери), оборвав уже, в сущности, всякую связь с прошлым. Может быть, поэтому, неоднократно отказываясь раньше говорить о том эпизоде, на этот раз вдруг решилась.

«Порог выносливости, - сказала мне Маргарита Иосифовна, - не безграничен. Но моральная пытка еще страшнее физической. От нее тупеешь, отключаешься, перестаешь принадлежать себе... Я безропотно подписала, даже не прочитав, то письмо, - лишь бы скорее сбежать, лишь бы не видеть жабью физиономию омерзительного Заславского и паточную улыбку лощеного упыря Хавинсона. Вернулась домой и влила в себя коньяка, чуть ли не всю бутылку».

Важнейшую роль в судьбе подготовленного к публикации письма, точнее – в том, ради чего оно готовилось, - сыграл Илья Эренбург. Он предпринял отчаянную попытку сорвать сталинский замысел, скользя по лезвию бритвы и понимая, что в создавшейся конкретной обстановке не может ни подписать, ни безоговорочно отказаться. Под каким-то предлогом мог бы, наверное, уклониться – это осталось бы строкой в личной его биографии, но Сталина озлобило бы еще больше. Играть со Сталиным можно было только по правилам, им самим установленным, разговаривать с ним на доступном ему языке. То есть найти аргументы, которые он был бы в состоянии воспринять. В судьбоносный момент, когда на кон была брошена жизнь миллионов его соплеменников, Эренбурга меньше всего заботило, что скажут о нем и как будут его лягать полвека спустя кабинетные критики и аналитики-эрудиты. Задача была только одна: любой ценой остановить катастрофу.

Самым блистательным был финальный аккорд того исторического письма, с которым Эренбург обратился к Сталину. Он не отказывался подписать коллективное обращение, за что, глядишь, и заслужил бы кислую похвалу нынешних знатоков, - нет, он соглашался его подписать! Но лишь при условии, что Сталин, узнав про его сомнения (они касались, прежде всего, неизбежной международной реакции), не сочтет их серьезными и даст ему мудрый совет подпись поставить. Шахматные комментаторы такие ходы сопровождают тремя восклицательными знаками.

Сталин раздумывал. Время шло.

В отличие от тех, кто впоследствии посчитал поступок писателя не просто героическим, но и спасительным, сам Эренбург отнесся к нему более критически. «Я пытался воспрепятствовать появлению в печати, - пишет он в своих мемуарах, - одного коллективного письма. К счастью, затея, воистину безумная (как иначе можно было назвать идею «депортации во искупление»?! – А.В.) не была осуществлена. События должны были развернуться дальше. (!) Не настало еще время об этом говорить. (Когда он писал свои мемуары, говорить-то, возможно, уже настало, но кто бы ему позволил еще и напечатать? А ведь он писал мемуары для печати, а не в стол. – А.В.) Тогда я думал, что мне удалось письмом переубедить Сталина, теперь мне кажется, что дело замешкалось, и Сталин не успел сделать того, что хотел».

Читая письмо Эренбурга сегодня, не зная или не желая знать всех обстоятельств, которыми оно вызвано, конечно, испытываешь чувство стыда. Пропагандистская риторика о вреде национализма, о борьбе за мир и прочее невыносимо режет слух. Всем этим Эренбург намеренно пренебрег. Он стремился подыграть Сталину, не прогневать его, высказать те «соображения», которые могли бы хоть как-то повлиять на адресата, то есть сделать все возможное и невозможное, лишь бы остановить в последний момент руку обезумевшего палача. Он предлагал свой вариант письма – без вопля об искуплении, без просьбы спасти еврейский народ, загнав его на сибирский мороз, но зато с «разъяснением, исходящим от редакции «Правды» и подтверждающим преданность «большинства тружеников еврейского происхождения Советской Родине и русской культуре», дабы «справиться» - с чем бы, вы думали? «С остатками антисемитизма»! «Мне казалось, - продолжал Эренбург, - что такого рода выступления могут сильно помешать зарубежным клеветникам и дать хорошие доводы нашим друзьям во всем мире». /Архив президента РФ, фонд 3, опись 32, дело 17, лист 100/

Письмо это Сталин прочитал, о чем свидетельствует имеющаяся на оригинале архивная пометка: «Поступило 10.Х.53 г. с дачи И.В.Сталина» /там же/. Оно оказалось в числе тех, сравнительно немногих, особо важных, с его точки зрения, документов, которые он не оставлял в служебном кабинете и которые им самим не были сданы в архив: факт, говорящий о многом…

Разумеется, письмо Эренбурга от начала и до конца было абсолютно неискренним. За ним стоял трезвый расчет и еще - прагматичное лукавство, которое позволяло Эренбургу, начиная с середины тридцатых годов, играть при Сталине особую роль. В сущности, говоря с вождем на его языке, Эренбург неприкрытой, но убедительной, демагогией уводил его от замысла опубликовать письмо знаменитых евреев о коллективной вине, предлагая вместо этого ничего не значащие, абстрактно-теоретические рассуждения о вреде «национальной обособленности» и редакционную (то есть безымянную и значит директивную) статью «Правды», отделяющую «евреев-предателей» от «евреев-патриотов» и тем самым спасающую последних от депортации.

Именно на это рассчитывал, ставя свою подпись, Василий Гроссман, но хитрющий Эренбург предпочитал не надеяться, а делать - с большей эффективностью. Обдумал все варианты и нашел единственно правильное решение. Другого хода в той критической обстановке, пожалуй, не было. Речь шла уже не о добром имени одного писателя, а о судьбе целого народа. Эренбург прав и в том, что никакие доводы не заставили бы Сталина отказаться от уже принятого решения, но они дали выигрыш во времени, который в итоге и оказался спасительным.

Сталин отмолчался, так и не дав никакого совета Илье Эренбургу. Однако новый вариант письма, над которым трудился уже Д.Шепилов, был выдержан в точном соответствии с пожеланием Эренбурга – его-то он и подписал. Каверин не подписал даже его. Но в такой редакции письмо уже было никому не нужно. В печати оно не появилось. А через несколько дней тиран и вовсе откинул копыта – Голгофа не состоялась.
Last edited by igorp on 23 Mar 2007, 22:59, edited 7 times in total.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 06 Feb 2006, 12:36

На рубеже двух эпох. "Дело врачей". Часть 1
Посвящаю моей покойной жене и другу Софье Яковлевне Рапопорт.
Я.Л. Рапопорт


ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ. Рассказывает Рапопорт…

Все, что надо было бы сказать об этой книге, предварив ее вступлением, сказано в ней самой достаточно полно, и, казалось бы, данное предисловие ни к чему: автор, известный советский ученый - патологоанатом позаботился о том, чтобы с присущей ему тщательностью патологоанатома исчерпывающе "вскрыть" причины и следствия, расставить все точки над i - и о себе поведал, и о той смертельной опасности, которая нависла над ним и многими известными врачами, не случись чуда… И благосклонная судьба позволит ему отметить девяностолетие со дня рождения опубликованным литературным произведением.

Книга эта - о "деле врачей", заключительном аккорде сталинских злодеяний, памятном современникам, но старательно, а то и лицемерно замалчиваемом в течение многих лет, очевидно, в надежде, что оно канет в небытие, ибо сгинут палачи, забудутся жертвы, уйдут свидетели и очевидцы; но живет единственный оставшийся свидетель - автор и тайное стало явным...


На рубеже двух эпох. "Дело врачей". Часть 2
Продолжение следует

Я.Л. Рапопорт,Заметки по еврейской истории(З)
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 08 May 2006, 17:35

РЕПРЕССИИ ПРОТИВ ЕВРЕЕВ В СССР
2006-05-08 Виктор Снитковский

9 апреля в Бостонском университете прошла первая конференция историко-просветительского общества Мемориал. Главная тема - история репрессии евреев в сталинское время. Свои доклады на эту тему представили Вадим Фельдман и Мария Селецкая (оба из Бостона), автор «Еврейского мира» Семен Ицкович из Чикаго, историк из Далласа Леонид Белявский, журналист из Нью-Йорка Владимир Левин и др. Все эти доклады опубликованы в специальном сборнике. К сожалению, ряд интересных докладов был представлен после срока, например, Виталия Фельдмана и правозащитниц Виктории Пупко (Бостон) и Надежды Банчик (Сан-Франциско). Поэтому они в сборник не попали.
Думаю, что читателям будет интересно ознакомиться с некоторыми из них.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 00:33

Блюм А.В. Еврейский вопрос под советской цензурой: 1917-1991.
Целенаправленная и систематическая продготовка разгрома еврейской культуры, так же, как и к развязыванию юдофобской кампании самого низменного свойства, началась сразу же после войны. Еще в 1946 г. процесса начальник Главлита СССР К.Омельченко сигнализировал в Управление пропаганды и агитации ЦК...
...
Хотя инициатива расправы исходила сверху и практически выполнялась идеологическими инстанциями и органами госбезопасности, собственно цензурные учреждения приняли «соответсвующие меры» по своим каналам: начлось массовой изъятие и уничтожение книг рестованных писателей...
...
Все издания, попавшие в проскрипционные списки Главлита, были уничтожены; в лучшем случае, запрятаны в "книжный ГУЛАГ" - спецхраны нескольких крупнейших библиотек страны.Реабилитированы" они были, несмотря на некоторый откат госдарственного антисемитизма в эпоху "оттепели", только спустя 40 лет, в годы "перестройки".
...
В том роковом 1949 г.,в самый разгар юдофобской кампании, Василий Гроссман закончил роман "Сталинград", получивший позднее, при публикации, новое название- "За правое дело".
Рукопись была сдана в "Новый мир", который возглавлял тогда Константин Симонов. После целого года проволочек роман был отвергнут. Рукопись еще находилась в редакции, когда на смену Симонову пришел Твардовский, принявший самое горячее участие в судьбе романа. Прочитав рукопись, новый главный редактор пришел от нее в такой восторг, что среди ночи приехал к Гроссману с торжественными поздравлениями. Решено: "Новый мир" печатает роман...
Таким же по тональности было обсуждение романа в редакции "Нового мира" 2 февраля 1953 г. Твардовский, буквально за несколько месяцев пришедший в восторг при чтении рукописи романа, отрекся от него, признав собственные ошибки и недосмотр редакции журнала. Впрочем, он все же не согласился с И.Арамилевым, который снова принял участие в обсуждении, обвинив Гроссмана в том. что он повторяет мысли Фейхтвангера о фашизме, подходя к нему с "сионистских позиций"...
...
Последний сюжет этой главы связан с цензурными акциями, последовавшими за развязанным в январе 1953 г. пресловутым "Делом врачей", чуть не закончившимся геноцидом целого народа. Главлит сразу же по своим каналам принял меры к изъятию книг "убийц в белых халатах". Уже 15 января вышел приказ N 78 начальника Главлита СССР: "1. Изъять из библиотек общественного пользования и книготорговой сети все произведенния нижеследующих авторов: Виноградов Н.И., Вовси М.С., Гринштейн А.М., Егоров П.И., Коган Б.Б., Коган М.Б., Майоров Г.И., Фельдман А.И., Эттингер Я.Г. 2. Изъять...следующие книги: "Загорский М. Михоэлс (очерк-характеристика).
М.-Л.,Киноиздат РСФСР, 1927; Смирнов Е.И. Советские воины-врачи в Отечественную войну. М.,1945".[110] ...
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 00:42

В.В.Энгель, Тема 18. Евреи в послевоенный период.
... большевики не ожидали столь глубокого проникновения идей сионизма в среду советского еврейства и были даже напуганы тем энтузиазмом, с которым евреи приняли факт создания Государства Израиль и приветствовали первого израильского посла в Москве Голду Меир.

Все это укрепило Сталина в подозрении, которое он высказал в 1947 г. своей дочери Светлане, что все «старшее поколение евреев СССР заражено сионизмом, а они и молодежь учат…»
...
В итоге 1948 г. стал первым послевоенным годом, когда число принятых в партию было меньше числа исключенных из партии. Евреи составляли огромный процент от общего числа исключенных.

Однако до нач. 1949 г. никаких демонстративных антиеврейских акций не проводилось. Сталин считал, что время для массовых антиеврейских репрессий еще не наступило, т.к. борьба на Ближнем Востоке вступала в свою заключительную фазу.

Советская пресса пестрела статьями, обличающими арабские марионеточные режимы и империалистов Англии в борьбе против еврейского национально-освободительного движения. СССР дал добро чехословацкому правительству на поставку Израилю оружия чешского и советского производства, что во многом обеспечило победу евреев в первой арабо-израильской войне 1948-49 гг. Представитель Украины в СБ ООН Д.Мануильский осенью 1948 г. предлагал поселить палестинских беженцев (св. 500 тыс. чел.) в советской Средней Азии и создать там автономную арабскую республику.

Но после того, как осенью стало ясно, что мечтам о создании нового социалистического государства не суждено сбыться, руководство Израиля явно не торопится выполнять советские указания, хотя и страдает ностальгией по России, откуда были родом отцы-основатели этого государства, что стратегическим союзником становятся США, откуда происходит основное финансирование страны, что советские евреи воспринимают Израиль как свою родину, а многие даже хотят туда уехать, Сталин решил, что настало время для проведения широкой волны антиеврейских репрессий.

Это было местью Израилю за доверие, которое он не оправдал, это было и местью советским евреям за отсутствие патриотизма – так, как его понимал Сталин и его окружение...
...
Однако апогеем антисемитской кампании к.40-х нач. 50-х гг. прошлого века стало т.н. «Дело врачей».

Оно было инспирировано следователем МГБ М.Рюминым исключительно из карьерных соображений, но попало на столь благодатную почву антисемитизма и подозрительности Сталина, что получило не только огромный резонанс, но и могло стать поводом для «окончательного решения еврейского вопроса» в СССР...
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 00:51

"Книга для учителя.
История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР.
- М.: Издательство обьединения "Мосгорархив", 2002. - 504 с."


Глава пятая
ЛИХОЛЕТЬЕ ВОЙНЫ И ЗАКАТ СТАЛИНИЗМА.
1939–1956

Зимой 1952 г., вызвав нового министра госбезопасности С.Д. Игнатьева, Сталин, в припадке злобной подозрительности, угрожал ему, говоря, что, если тот "не вскроет террористов, американских агентов среди врачей, он будет там, где Абакумов". "Я не проситель у МГБ! – неистовствовал кремлевский хозяин. – Я могу и потребовать, и в морду дать, если вами не будут выполняться мои требования… Мы вас разгоним, как баранов". Разумеется, после столь грубой выволочки машина следствия заработала на полных оборотах, тем более что 12 февраля Сталин провел через Политбюро постановление, обязывавшее Игнатьева "представить соображения о коренном улучшении работы следственного аппарата МГБ"41.

Осенью 1952 г. начались аресты руководителей Кремлевской больницы и врачей, лечивших высшую партийно-советскую номенклатуру, – профессоров В.Н. Виноградова, П.И. Егорова, М.С. Вовси, Б.С. Преображенского и др. Теперь врачей обвиняли не только во вредительском лечении, но и в шпионаже в пользу американской и английской спецслужб, а также в подготовке террористических актов против Сталина и других членов Политбюро.
-169-
Резонно задаться вопросом, верил ли сам Сталин во все эти бредни? Думается, что да, и вот почему. Существуют многочисленные свидетельства, что к концу жизни диктатора его личность деформировалась под влиянием общего старения организма, серьезных хронических заболеваний (гипертония, атеросклероз сосудов головного мозга) и постоянных психологических стрессов. Он все больше самоизолировался, боясь выпустить власть из слабеющих рук, стал крайне подозрителен, в том числе и по отношению к тем, кто входил в его ближайшее окружение. Даже к своим детям он испытывал все меньше доверия. Вспоминая это время, Светлана Аллилуева так писала об отце: "Он был душевно опустошен, забыл все человеческие привязанности, его мучил страх, превратившийся в последние годы в настоящую манию преследования, – крепкие нервы в конце концов расшатались"42.

Критической для здоровья вождя стала осень 1952 г. Если в предшествовавший период (1945–1951) с конца лета и до начала зимы он обычно отдыхал на юге, то в 1952 г. он совсем лишил себя отпуска, отдавая последние силы "раскрутке" "дела врачей", а также подготовке очередного съезда партии и последовавшей очередной масштабной реорганизации в высшем руководстве страны. Крупный аналитик и историк большевизма Б.И. Николаевский, отмечая существенную разницу между "большим террором" конца 1930-х гг., который, по его словам, Сталин "вел не по безумию Калигулы, а потому, что сделал его фактором своей активной социологии", и репрессивной политикой диктатора в последний период жизни, допускал "возможность ненормальности Сталина в 1952–1953 гг."43.

1 декабря 1952 г., собрав членов бюро Президиума ЦК, Сталин заявил, что в 1948 г. бывшие министр госбезопасности и начальник главного управления охраны скрыли от него лично и от руководства страны важный документ, разоблачавший заговор по умерщвлению секретаря ЦК А.А. Жданова. На этом же заседании диктатор пустился в рассуждения о том, что "чем больше у нас успехов, тем больше враги будут нам стараться вредить" и что "среди врачей много евреев-националистов", а "любой еврей-националист – это агент американской разведки". Потом последовали обвинения в адрес чекистов, у которых-де "притупилась бдительность". Завершая свое выступление, Сталин принялся запугивать членов бюро, говоря, что если бы не он, то не только секретари ЦК Жданов и А.С. Щербаков, но и многие из тех, кто слушают его сейчас, могли погибнуть от рук "убийц в белых халатах". Войдя в роль спасителя беспечных и неразумных соратников, диктатор с чувством торжествующего превосходства подытожил: "Вы слепцы, котята, что же будет без меня – погибнет страна, потому что вы не можете распознать врагов". Через несколько дней в подтверждение сказанному Сталин направил признательные показания арестованных врачей Маленкову, Хрущеву и другим несостоявшимся "жертвам медицинского террора"44.

Наиболее вероятный финал "дела врачей" Сталин продемонстрировал 3 декабря, когда в Чехословакии были казнены 11 бывших руководителей этой страны во главе с Р. Сланским, который, как было сказано в приговоре, "предпринимал активные шаги к сокращению жизни президента республики Клемента Готвальда", подобрав "для этого лечащих врачей
-170-
из враждебной среды, с темным прошлым, установив с ними тесную связь и рассчитывая использовать их в своих вражеских планах". Сам Готвальд, как бы подводя итог этого аутодафе, заявил: "В ходе следствия и во время процесса антигосударственного заговорщицкого центра был вскрыт новый канал, по которому предательство и шпионаж проникают в коммунистическую партию. Это – сионизм"45.

4 декабря, то есть сразу же после пражской кровавой акции, которой суждено было стать последней крупной победой злого гения Сталина, диктатор настоял на принятии Президиумом ЦК постановления "О положении в МГБ и о вредительстве в лечебном деле". В нем основная вина за якобы многолетнюю и безнаказанную деятельность "врачей-вредителей" возлагалась на "потакавших" им бывших министра государственной безопасности Абакумова и начальника личной охраны вождя Н.С. Власика, арестованного 16 декабря 1952 г. 13 января 1953 г. из широко растиражированного сообщения ТАСС страна узнала об аресте "группы врачей-вредителей". Сразу же усилились слухи о готовящейся депортации евреев, которые не первый год циркулировали в еврейской среде. Соответствовали ли эти толки реальным приготовлениям властей? Скорее всего, нет, ибо подобная акция не вписывалась в социально-политический контекст, существовавший тогда в стране и мире, да и ни одного документального доказательства на сей счет не обнаружено. Вскоре Сталин умер, и спустя месяц все арестованные врачи были реабилитированы и выпущены на свободу.
Last edited by igorp on 15 Feb 2007, 01:12, edited 2 times in total.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 01:17

«РЕПРИЗА» НА АРЕНЕ ИСТОРИИ
О новом документальном фильме по сценарию Аркадия Ваксберга и с его непосредственным участием
Геннадий Костырченко, ЛЕХАИМ ФЕВРАЛЬ 2004

ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА

Cоздатели недавно снятого историко-документального фильма «Реприза» – автор сценария Аркадий Ваксберг, продюсеры Григорий Илугдин (он же режиссер-постановщик) и Валерий Рузин, – давая такое название своему детищу, конечно, не имели в виду цирковой трюк. В дословном переводе с французского «реприза» – это повторение, возобновление чего-либо. Только такое толкование чужеземного словца может служить ключом к закодированной авторами основной идее картины: во что бы то ни стало доказать, что сталинский антисемитизм есть повторение нацистского Endlosung – «окончательного решения еврейского вопроса».

Именно на этой, рожденной холодной войной и поныне весьма популярной на Западе идеологеме зиждется сценарий Ваксберга, которого без преувеличения можно назвать мозгом и душой фильма...
...
Ставя жирный знак равенства между гитлеровским Холокостом и сталинской юдофобией, Ваксберг предпочитает не замечать существенной разницы между ними. Для него все кошки серы. И чтобы доказать никогда не существовавшее тождество, он вольно или невольно стремится обелить нацизм и максимально демонизировать сталинизм, прибегая для этого к демагогической риторике и искажению фактов. По его словам, «сталинский антисемитизм слился в жарких объятиях с гитлеровским антисемитизмом», и В.М. Молотов, назначенный в мае 1939 года наркомом иностранных дел, «прямиком» заявил бывшему руководителю НКИД М.М. Литвинову, что Сталин поручил ему «разогнать синагогу» в этом ведомстве. Однако если бы Молотов действительно сослался в таком деле на Сталина, то не сносить бы ему тогда головы. В действительности не Молотов Литвинову, а Сталин Молотову приказал, причем, надо полагать, без свидетелей: «Убери из наркомата (НКИД. – Г.К. ) евреев»[8].
...
Укрывшись под сень почитаемого в России имени Гроссмана, Ваксберг, кроме того, пытается выдать за подлинное так называемое «обращение» группы евреев в «Правду», авторы которого просят о выселении их вместе с остальными соплеменниками в отдаленные районы СССР. Тем самым он совершает подлог, ибо подменяет своим фальсификатом письмо, действительно подготовленное в верхах в конце января-феврале 1953 года. Оно написано от имени нескольких десятков выдающихся евреев (варианты письма ныне хранятся в Архиве Президента РФ и в Российском государственном архиве новейшей истории), но не содержит никакого призыва к депортации. Поскольку отсутствие призыва выбивает главное доказательство из-под «теории» Ваксберга о подготовке в СССР второго Холокоста, он, проговариваясь о существовании «первоначального, самого немыслимого, самого безжалостного текста письма» и заведомо дезинформируя затем зрителей на тот счет, что этот текст «известен пока по воспоминаниям тех, кого удостоили чести его подписать», как искусный фокусник, делает подмену прямо на глазах. Вместо первого варианта подлинника из архива, действительно «безжалостного», хотя и содержащего отнюдь не призыв к депортации, а лишь требование «самого беспощадного наказания преступникам» (арестованным «врачам-вредителям». – Г.К.), Ваксберг зачитывает текст, сфабрикованный известным сторонником депортационной версии Я.Я. Этингером[13]. Вся эта манипуляция обставляется не только провокационно (в качестве видеоряда используются современные съемки молебствия в Московской хоральной синагоге), но также весьма хитро и изобретательно. Прежде чем огласить подделку, Ваксберг, не обмолвившись ни единым словом об Этингере, как бы случайно вместо него ссылается на автора «Жизни и судьбы»: «Гроссман вспоминал, что это (обращение еврейской общественности в “Правду”. – Г.К.) была мольба евреев защитить их ссылкой от грядущего самосуда… »

Ничего подобного, однако, Гроссман не «вспоминал». Из мемуаров С.И. Липкина известно, что друживший с ним писатель так однажды изложил ему смысл письма: «врачи – подлые убийцы, они должны подвергнуться самой суровой каре, но еврейский народ не виноват, есть много тружеников, советских патриотов и т.д. »[14]

Поскольку в этих строках, точно передающих суть хранящегося в госархиве подлинного, самого первого варианта «еврейского письма» в «Правду», депортация никоим образом не упоминается, они, разумеется, «озвучены» Ваксбергом не были. Вместо них он приводит отвечающую его собственной, но, как мы убедимся ниже, сомнительной с научной точки зрения версию из воспоминаний В.А. Каверина.

Каверин утверждал, что ему, приглашенному в свое время в редакцию «Правды», показали и предложили подписать коллективное письмо представителей советской еврейской элиты, которое представляло собой «приговор, мгновенно подтвердивший давно ходившие слухи о бараках, строившихся для будущего гетто на Дальнем Востоке»[15]. Однако многое говорит за то, что это свидетельство недостоверно. Во-первых, Каверин пишет, что был вызван в редакцию «Правды» зимой 1952 года, а сбор подписей под «еврейским письмом» происходил в конце января – феврале 1953 года. Во-вторых, хотя из информации, полученной из госархива буквально на днях, вытекает, что Д.И. Заславский и Я.С. Хавинсон работали в период «дела врачей» в «Правде» и могли участвовать в сборе подписей под «еврейским обращением» (это частично подтверждается и свидетельством И.Г. Эренбурга[16]), настаивавший на том же самом Каверин прав тут не во всем. Вопреки его утверждению, «руководящим работником» газеты являлся не Заславский – был лишь обозревателем, и потому, возможно, не был допущен к подписанию обращения, а Хавинсон, который, напротив, допущен был, так как вплоть до своего увольнения из «Правды» в мае 1953 года входил в состав ее редколлегии.

В-третьих, данный Кавериным словесный портрет Хавенсона (так почему-то он именуется писателем) мало соответствует оригиналу. Каверин изображает Хавинсона тридцатипятилетним лощеным красавцем[17], тогда как в реальности тот был почти на двадцать лет старше (в 1953 году ему исполнилось 52 года) и не мог похвастаться приятной наружностью. Более того – постоянно носил массивные очки с толстыми стеклами и потому казался подслеповатым, не отличался ни светскими манерами, ни умением изящно одеваться. Ясно, что Каверин никогда не видел реального Хавинсона, и более чем очевидно, что он не читал настоящего «еврейского письма», хотя, возможно, ему и предлагали его подписать. Кроме того, Каверин, а вслед за ним и Ваксберг, назвав Гроссмана среди «подписантов» «подлого» «депортационного письма», фактически возвели на него облыжные обвинения, так как в реальном обращении, под которым тот поставил свое имя, о выселении евреев, как уже было сказано выше, речь не шла.

О том, что Ваксберг без особого пиетета относится к памяти Гроссмана, наглядно свидетельствует и такой вроде бы пустяк: говоря об аресте в начале 1960-х рукописи книги «Жизнь и судьба», он небрежно замечает: М.А. Суслов предрек-де, что это произведение увидит свет не раньше, чем через 200 лет. На самом деле тот сказал: «Напечатать книгу можно будет через 250 лет», – и это зафиксировано в дневниковой записи Гроссмана за 23 июля 1962 года[18]...
...
Если версия Каверина изначально как нельзя лучше укладывалась в концептуальное «прокрустово ложе» «Репризы», то для того, чтобы втиснуть туда еще и свидетельство Эренбурга, Ваксбергу пришлось потрудиться, извращая его суть.

В мемуарах «Люди, годы, жизнь» Эренбург, размышляя об арестах «врачей-вредителей» и начавшейся в январе 1953 года пропагандистской кампании, пишет: «События должны были развернуться дальше. Я пропускаю рассказ о том, как пытался воспрепятствовать появлению в печати одного коллективного письма. К счастью, затея, воистину безумная, не была осуществлена. Тогда я думал, что мне удалось письмом переубедить Сталина, теперь мне кажется, что дело замешкалось, и Сталин не успел сделать того, что хотел»[19].

Всякому здравомыслящему человеку из этого текста понятно: «затея, воистину безумная» – это неоднократно упоминавшееся выше коллективное письмо в «Правду» с требованием «самого беспощадного наказания» арестованным врачам, исполнение которого действительно затянулось («дело замешкалось»), благодаря чему, как дает понять Эренбург, Сталин не успел провести расстрельный процесс («сделать того, что хотел»). Но для Ваксберга, для которого сталинская депортация евреев превратилась в idee fixe, «затея, воистину безумная» и есть этот самый «план всееврейского выселения» в зашифрованном виде...
...

ДОКУМЕНТЫ


ПРОЕКТ ОБРАЩЕНИЯ ЕВРЕЙСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ В «ПРАВДУ»
(1-я редакция)


29 января 1953 г.

Товарищу МАЛЕНКОВУ Г. М.

Представляю Вам отредактированный текст письма в редакцию газеты «Правда».
Н. Михайлов
Д. Шепилов

29 января 1953 г.
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ «ПРАВДЫ»

Разоблачение шпионской банды врачей-убийц М. Вовси, В. Виноградова, М. Когана, П. Егорова, А. Фельдмана, Я. Этингера, А. Гринштейна, Г. Майорова раскрыло перед советским народом, перед всеми честными людьми мира чудовищное преступление этих врагов, действовавших под маской «ученых».

Продавшиеся американо-английским поджигателям войны, эти выродки ставили перед собой цель путем вредительского лечения сокращать жизнь активным деятелям Советского Союза. Врачи-преступники лишили жизни выдающихся деятелей Советского государства А.А. Жданова и А.С. Щербакова. Террористическая шпионская шайка под видом лечения пыталась вывести из строя руководящие военные кадры Советской Армии, рассчитывая таким путем подорвать оборону страны.

Вместе со всем советским народом, со всеми передовыми людьми мира мы клеймим позором эту клику убийц, этих извергов рода человеческого.

Большинство из разоблаченных преступников еврейские буржуазные националисты, завербованные международной сионистской организацией «Джойнт». филиалом американской разведки. Не случайно англо-американские империалисты ухватились за еврейских буржуазных националистов – сионистов. Еврейские миллиардеры и миллионеры в США давно уже поставили созданную ими сеть сионистских буржуазно-националистических организаций на службу самым реакционным силам американского империализма, превратили сионистские организации в центры международного шпионажа и диверсий.

Пытаясь ввести в заблуждение общественное мнение, прикрывая свою шпионскую роль, главари сионизма изображают империалистическую Америку «другом». евреев. Но кто же не знает, что в действительности США является каторгой для еврейских трудящихся, угнетаемых самой жестокой машиной капиталистической эксплуатации. Кто не знает, что именно в этой стране процветает самый разнузданный расизм и в том числе антисемитизм. Восхваляя своих американских хозяев, сионисты на деле с головой выдают трудящихся евреев американскому капиталу.

У главарей сионизма нет иных целей, кроме целей, продиктованных агрессивных американским империализмом. Эти главари сионизма превратили государство Израиль в плацдарм американских агрессоров и навязали израильским трудящимся двойной гнет американского и еврейского капитала. По заданию американской и английской разведок сионисты создают террористические диверсионные группы в Советском Союзе и в странах народной демократии. Используя сионистов, американские империалисты пытались уничтожить завоевания народно-демократической Чехословакии.

Весь мир знает, что народы Советского Союза и прежде всего великий русский народ своей самоотверженной героической борьбой спасли человечество от ига гитлеризма, а евреев – от полной гибели и уничтожения. В наши дни, когда англо-американские империалисты пытаются ввергнуть мир в новую войну, когда великое движение за мир против войны охватывает все народы и все нации, советский народ идет в первых рядах борцов за мир, твердо отстаивая дело мира в интересах всего человечества.

Впервые в истории в Советском Союзе создали такой строй, который не знает национального гнета, основан на подлинном братстве народов, больших и малых. Вместо национальной ненависти и былой вражды между народами у нас в стране полностью восторжествовала справедливость и искренняя дружба между народами. Впервые в истории трудящиеся евреи обрели свободную, радостную жизнь, возможность безграничного развития в любой области труда и творчества.

Только буржуазно-националистические отщепенцы и выродки, только люди без чести и совести, продавшие свою душу и тело империалистам, стремятся сорвать великие завоевания народов, освободившихся от национального гнета.

Вместе с тем нельзя не отметить, что среди некоторых элементов[34] еврейского населения нашей страны еще не изжиты буржуазно-националистические настроения. Еврейские буржуазные националисты-сионисты, являясь агентами англо-американского империализма, всячески разжигают эти настроения. Они пытаются всеми мерами подогревать и раздувать среди советских граждан еврейского происхождения чувство национальной обособленности, пытаются породить национальную вражду к русскому народу и другим народам Советского Союза. Они стремятся подавить у евреев сознание высокого общественного долга советских граждан, хотят превратить обманутых ими евреев[35] в шпионов и врагов русского народа и тем самым создать почву для оживления антисемитизма, этого страшного пережитка прошлого. Но русский народ понимает, что громадное большинство еврейского населения является другом русского народа. Никакими ухищрениями врагам не удастся подорвать доверие советских евреев[36] к русскому народу, не удастся рассорить их с великим русским народом.

Каждый честный еврейский трудящийся еврей должен активно бороться против еврейских буржуазных националистов, этих отъявленных врагов еврейских тружеников[37]. Нельзя быть патриотом своей Советской Родины и бойцом за свободу национальностей, не ведя самой непримиримой борьбы против всех форм и проявлений еврейского национализма. Повысить бдительность, разгромить и до конца выкорчевать буржуазный национализм – таков долг трудящихся евреев – советских патриотов, сторонников свободы народов.

Группа врачей-убийц разоблачена. Сорвана еще одна из коварных ставок англо-американского империализма и его сионистской агентуры. Как все советские люди, мы требуем самого беспощадного наказания преступников. Мы уверены в том, что это требование выражает мысли и чувства всех трудящихся евреев и будет единодушно поддержано ими.

Будем же и впредь вместе со всем советским народом с еще большей энергией и самоотверженностью укреплять нашу Советскую Родину, бороться за дружбу народов, за мир во всем мире против поджигателей войны.

ДРАГУНСКИЙ Д.А., полковник дважды Герой Советского Союза;
КРЕЙЗЕР Я.Г., генерал-полковник, Герой Советского Союза; ХАРИТОНСКИЙ Д.Л., сталевар завода «Серп и молот»;
КАГАНОВИЧ Л.М., Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета СССР;
БРИКСКМАН М.H., председатель колхоза имени Ворошилова Кунцевского района Московской области;
ВОЛЬФКОВИЧ С.И., академик, лауреат Сталинской премии;
РЕЙЗЕН М.О., Народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
ВАННИКОВ Б.Л., член ЦК КПСС, дважды Герой Социалистического Труда;
ЭРЕНБУРГ И.Г., лауреат Международной Сталинской премии «За укрепление мира между народами»;
ЛИПШИЦ М.Я., заслуженный врач РСФСР;
ЛАНДАУ Л.Д., академик, лауреат Сталинской премии;
МАРШАК С.Я., писатель, лауреат Сталинской премии;
РОММ М.И., кинорежиссер, Народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
МИНЦ И.И., академик, лауреат Сталинской премии;
РАЙЗЕР Д.Я., министр строительства предприятий тяжелой индустрии СССР;
ЛАВОЧКИН С.А., конструктор, Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии;
ЦЫРЛИН А.Д., генерал-полковник инженерных войск;
ЧУРЛИОНСКАЯ О.А., врач;
ДУНАЕВСКИЙ И.И., композитор, Народный артист РСФСР, лауреат Сталинской премии;
PAЙХИН Д. Я., преподаватель школы № 19 г. Москвы;
ЛАНДСБЕРГ Г.С., академик, лауреат Сталинской премии;
ФАЙЕР Ю.Ф., дирижер, Народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
ГРОССМАН B.C., писатель;
ГУРЕВИЧ М.И., конструктор, лауреат Сталинской премии;
КРЕМЕР С.Д., генерал-майор танковых войск, Герой Советского Союза;
АЛИГЕР М.И., писательница, лауреат Сталинской премии;
ТРАХТЕНБЕРГ И.А., академик;
НОСОВСКИЙ Н.Э., директор Коломенского завода тяжелого станкостроения;
ОЙСТРАХ Д.Ф., заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Сталинской премии;
КАГАНОВИЧ Мария, председатель ЦК союза рабочих швейной и трикотажной промышленности;
ВУЛ Б.М., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ЛИВШИЦ С.В., начальник цеха завода «Красный пролетарий», лауреат Сталинской премии;
ПРУДКИН М.И., Народный артист РСФСР, лауреат Сталинской премии;
СМИТ-ФАЛЬКНЕР М.Н., член-корреспондент Академии наук СССР;
ЛАНЦМАН И.М., инженер, начальник цеха завода «Машиностроитель»;
ГИЛЕЛЬС Э.Г., заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Сталинской премии;
РОЗЕНТАЛЬ М.М., профессор, доктор философских наук;
БЛАНТЕР М.И., композитор, лауреат Сталинской премии;
ТАЛМУД Д.Л., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ЯМПОЛЬСКИЙ А.И., рабочий вагоноремонтного завода им. Войтовича;
РУБИНШТЕЙН М.И., доктор экономических наук;
РОГИНСКИЙ С.З., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
КАССИЛЬ Л.А., писатель, лауреат Сталинской премии;
МЕЙТУС Ю.С., композитор, лауреат Сталинской премии;
ХАВИНСОН Я.С., журналист;
ЛЕЙДЕР А.Г., инженер, начальник конструкторского бюро по механизации 1-го Господшипникового завода;
ЧИЖИКОВ Д.М., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ВЕЙЦ В.И., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ФИХТЕНГОЛЬЦ М.И., лауреат Всесоюзных и Международного конкурсов музыкантов-исполнителей;
КОЛТУНОВ И.Б., инженер, заместитель начальника цеха 1-го Господшипникового завода;
ЕРУСАЛИМСКИЙ А.С., профессор, доктор исторических наук, лауреат Сталинской премии;
ГЕЛЬФОНД А.О., член-корреспондент Академии наук СССР;
МЕССЕРЕР С.М., заслуженная артистка PCФСP, лауреат Сталинской премия;
ШАПИРО Б.C., рабочий-наладчик 2-го часового завода;
ЗОЛОТАРЬ К.И., зав. отделом народного образования Кировского района г. Москвы;
БРУК И.С., член-корреспондент Академии наук СССР;
СМИРИН М.М., доктор исторических наук, лауреат Сталинской премии.

Материал по указанию тов. Маленкова лично передан 29. 01. тов. Кагановичу Л.М.

Архив.
2 февраля 1953 г.


Image
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 25. Д. 504. Л. 173-179, 187. Подлинник.



ПРОЕКТ ОБРАЩЕНИЯ ЕВРЕЙСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ В «ПРАВДУ».
(2-я редакция)


20 февраля 1953 г.

Товарищу МИХАЙЛОВУ Н.А.
Представляю Вам исправленный текст проекта письма в редакцию газеты «Правда».
Д. Шепилов, 20 февраля 1953 г.
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ «ПРАВДЫ»

В настоящем письме мы считаем своим долгом высказать волнующие нас чувства и мысли в связи со сложившейся международной обстановкой. Мы хотели бы призвать еврейских тружеников в разных странах мира вместе с нами поразмыслить над некоторыми вопросами, затрагивающими жизненные интересы евреев.

Есть люди, которые, выдавая себя за «друзей». и даже за представителей всего еврейского народа, заявляют, будто у всех евреев существуют единые и общие интересы, будто все евреи связаны между собою общей целью. Эти люди – сионисты, являющиеся пособниками еврейских богачей и злейшими врагами еврейских тружеников.

Каждый трудящийся человек понимает, что еврей еврею рознь, что нет и не может быть ничего общего между людьми, добывающими себе хлеб собственным трудом, и финансовыми воротилами.

Следовательно, два лагеря существуют среди евреев – лагерь тружеников и лагерь эксплуататоров, – угнетателей трудящихся. Непроходимая пропасть разделяет тех и других. Евреи-труженики кровно заинтересованы в том, чтобы вместе со всеми трудящимися, со всеми прогрессивными силами укреплять дело мира, дело свободы и демократии. Мы знаем, что в лагере борцов против поджигателей войны активную роль играют также представители еврейских трудящихся.

Что же касается еврейских промышленных и банковских магнатов, то они идут по другому пути. Это путь международных авантюр и провокаций, шпионажа и диверсий, путь развязывания новой мировой войны. Война нужна еврейским миллиардерам и миллионерам, как и богачам других национальностей, ибо она служит для них источником огромных барышей. Политика, проводимая еврейскими богачами, глубоко враждебна жизненным интересам еврейских тружеников. Она чревата для еврейских тружеников гибельными последствиями.

Где же тут общий путь, где же тут «единство». и общий интерес всех евреев, о котором так много твердят мнимые «друзья». евреев – сионисты? Прикрываясь лицемерными словами об «общем пути», «общем интересе». евреев, главари государства Израиль позволяют себе утверждать, будто они выражают интересы всех евреев. Но давайте разберемся в том, кого в действительности представляют правители государства Израиль, кому они служат. Разве не факт, что в Израиле всеми благами жизни пользуется лишь кучка богачей, в то время как подавляющее большинство еврейского и арабского населения терпит огромную нужду, лишения, влачит полунищенское существование. Разве не факт, что правители Израиля навязали израильским трудящимся двойной гнет – еврейского и американского капитализма.

Выходит, что государство Израиль, как и любое буржуазное государство в любой части мира, – это царство эксплуатации народных масс, царство наживы для кучки богатеев. Выходит, что правящая клика Израиля представляет не еврейский народ, состоящий в своем большинстве из тружеников, а еврейских миллионеров, связанных с монополистами США. Это и определяет всю политику нынешних израильских главарей. Они превратили государство Израиль в орудие развязывания новой войны, в один из аванпостов лагеря поджигателей войны. Государство Израиль на деле стало плацдармом американской агрессии против Советского Союза и всех миролюбивых народов.

Только недавно все честные люди мира были потрясены вестью о взрыве бомбы на территории миссии СССР в Тель-Авиве[38]. Фактическим организатором и вдохновителем этого взрыва являются нынешние правители Израиля. Играя с огнем, они усиливают напряженность в мировой обстановке, созданную американо-английскими поджигателями войны.

Далее, интересы каких евреев отстаивает международная сионистская организация «Джойнт», являющаяся филиалом американской разведки? Как известно, недавно в СССР разоблачена шпионская группа врачей-убийц. Преступники, среди которых большинство составляют еврейские буржуазные националисты, завербованные «Джойнтом». М. Вовси, М. Коган, Б. Коган, А. Фельдман, Я. Этингер, А. Гринштейн ставили своей целью путем вредительского лечения сокращать жизнь активным деятелям Советского Союза, вывести из строя руководящие кадры Советской Армии и тем самым подорвать оборону страны. Только люди без чести и совести, продавшие свою душу и тело империалистам, могли пойти на такие чудовищные преступления.

Совершенно ясно, что главари государства Израиль, главари «Джойнта». и других сионистских организаций выполняют волю зарвавшихся еврейских империалистов и тех, кто является их подлинными хозяевами. Ни для кого не секрет, что хозяева эти американские и английские миллиардеры и миллионеры, жаждущие крови народов во имя новых прибылей.

Мы, нижеподписавшиеся, отвергаем смехотворные претензии бен-гурионов, шаретов и прочих поджигателей войны на представительство интересов еврейского народа. Мы глубоко убеждены в том, что даже те еврейские труженики, которые до сих пор верили в мнимую общность всех евреев, поразмыслив, присоединятся к нашей оценке подлинной сущности политики еврейских богачей и их пособников.

Превратив государство Израиль в американскую вотчину, главари сионизма изображают империалистическую Америку «другом». евреев, а против Советского Союза – поборника мира и равноправия народов – ведут кампанию клеветы и ненависти. Разберемся и в этом вопросе.

Кто не знает, что в действительности США являются каторгой для еврейских трудящихся, угнетаемых самой жестокой машиной капиталистической эксплуатации. Кто не знает, что именно в этой стране процветает самый разнузданный расизм и в том числе антисемитизм. Кто, наконец, не знает, что антисемитизм составляет также отличительную черту тех фашистских клик, которые повсеместно поддерживаются империалистами США.

Вместе с тем всему миру известно, что народы Советского Союза и прежде всего великий русский народ своей самоотверженной героической борьбой спасли человечество от ига гитлеризма, а евреев – от полной гибели и уничтожения. В наши дни советский народ идет в первых рядах борцов за мир, твердо отстаивая дело мира в интересах всего человечества.

В Советском Союзе осуществлено подлинное братство народов, больших и малых. Впервые в истории трудящиеся евреи вместе со всеми трудящимися Советского Союза обрели свободную, радостную жизнь.

Не ясно ли, что легенда об империалистической Америке, как «друге». евреев, является сознательной фальсификацией фактов. Не ясно ли также, что только заведомые клеветники могут отрицать прочность и нерушимость дружбы между народами СССР.

Враги свободы национальностей и дружбы народов, утвердившейся в Советском Союзе, стремятся подавить у евреев сознание высокого общественного долга советских граждан, хотят превратить евреев в шпионов и врагов русского народа и тем самым создать почву для оживления антисемитизма, этого страшного пережитка прошлого. Но русский народ понимает, что громадное большинство еврейского населения в СССР является другом русского народа. Никакими ухищрениями врагам не удастся подорвать доверие еврейского народа к русскому народу, не удастся рассорить нас с великим русским народом.

У трудящихся евреев всего мира – один общий враг. Это – империалистические угнетатели, на услужении которых находятся реакционные заправилы Израиля, а также шпионы и диверсанты – всякие вовси, коганы, фельдманы и т. п. У трудящихся евреев всего мира одна общая задача – вместе со всеми миролюбивыми народами защищать и укреплять дело мира и свободы народов. Нельзя отстаивать жизненные права еврейских тружеников в странах капитала, нельзя быть подлинным бойцом за дело мира и свободы народов, не ведя борьбы против еврейских миллиардеров и миллионеров и их сионистской агентуры.

Кровный интерес трудящихся евреев состоит в том, чтобы крепить дружбу с трудящимися людьми всех национальностей. Чем крепче союз трудящихся всех национальностей, тем прочнее дело мира и демократии.

Пусть все труженики евреи, которым дорого дело мира и демократии, объединят свои усилия и выступают единым широким фронтом против авантюристической политики еврейских миллиардеров и миллионеров, главарей Израиля и международного сионизма.

Учитывая важность сплочения всех прогрессивных сил еврейского народа, а также в целях правдивой информации о положении трудящихся евреев в разных странах, о борьбе народов за укрепление мира, мы считали бы целесообразным издание в Советском Союзе газеты, предназначенной для широких слоев еврейского населения в СССР и за рубежом.

Мы уверены, что наша инициатива встретит горячую поддержку всех трудящихся евреев в Советском Союзе и во всем мире.

ВОЛЬФКОВИЧ С.И., академик, лауреат Сталинской премии;
ДРАГУНСКИЙ Д.А., полковник, дважды Герой Советского Союза;
Эренбург И.Г., лауреат Международной Сталинской премии «За укрепление мира между народами»;
КРЕЙЗЕР Я.Г., генерал-полковник, Герой Советского Союза;
ХАРИТОНСКИЙ Д.Л., сталевар завода «Серп и молот»;
КАГАНОВИЧ Л.М., член ЦК КПСС;
РЕЙЗЕН М.О., Народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
ВАННИКОВ Б.Л., член ЦК КПСС, Герой Социалистического Труда;
ЛАНДАУ Л.Д., академик, лауреат Сталинской премии;
МАРШАК С.Я., писатель, лауреат Сталинской премии;
РОММ М.И., кинорежиссер, народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
МИНЦ И.И., академик, лауреат Сталинской премии;
РАЙЗЕР Д.Я., министр строительства предприятий тяжелой индустрии СССР;
ЛАВОЧКИН С.А., конструктор, Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии;
ЦЫРЛИН А.Д., генерал-полковник инженерных войск;
ЧУРЛИОНСКАЯ О.А., врач;
ДУНАЕВСКИЙ И.И., композитор, народный артист РСФСР, лауреат Сталинской премии;
БРИСКМАН М.Н., председатель колхоза имени Ворошилова Кунцевского района Московской области;
РАЙХИН Д.Я., преподаватель школы № 19 г. Москвы;
ЛАНДСБЕРГ Г.С., академик, лауреат Сталинской премии;
ФАЙЕР Ю.Ф., дирижер, народный артист СССР, лауреат Сталинской премии;
ГРОССМАН В.С., писатель;
ГУРЕВИЧ М.И., конструктор, лауреат Сталинской премии;
КРЕМЕР С.Д., генерал-майор танковых войск, Герой Советского Союза;
МЕЙТУС Ю.С., композитор, лауреат Сталинской премии;
АЛИГЕР М.И., писательница, лауреат Сталинской премии; ТРАХТЕНБЕРГ И.А., академик;
НОСОВСКИЙ Н.Э., директор Коломенского завода тяжелого станкостроения;
ОЙСТРАХ Д.Ф., заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Сталинской премии;
КАГАНОВИЧ Мария, председатель ЦК союза рабочих швейной и трикотажной промышленности,
ЛИПШИЦ М.Я., заслуженный врач РСФСР;
ВУЛ Б.М., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ЛИВШИЦ С.В., начальник цеха завода «Красный пролетарий», лауреат Сталинской премии;
ПРУДКИН М.И., народный артист РСФСР, лауреат Сталинской премии;
СМИТ-ФАЛЬКНЕР М.Н., член-корреспондент Академии наук СССР;
ЛАНЦМАН Н. М., инженер, начальник цеха авода «Машиностроитель»;
ГИЛЕЛЬС Э.Г., заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Сталинской премии;
РОЗEHTAЛЬ M.М., профессор, доктор философских наук;
БЛАНТЕР М.И., композитор, лауреат Сталинской премии;
ТАЛМУД Д. Л., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ЯМПОЛЬСКИЙ А.И., рабочий вагоноремонтного завода им. Войтовича;
РУБИНШТЕЙН М.И., доктор экономических наук;
РОГИНСКИЙ С. З., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
КАССИЛЬ Л.А., писатель, лауреат Сталинской премии;
ХАВИНСОН Я.С., журналист;
ЛЕЙДЕР А.Г., инженер, начальник конструкторского бюро по механизации 1-го Господшипникового завода;
ЧИЖИКОВ Д.М., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ВЕЙЦ В.И., член-корреспондент Академии наук СССР, лауреат Сталинской премии;
ФИХТЕНГОЛЬЦ М.И., лауреат всесоюзных и международных конкурсов музыкантов-исполнителей;
КОЛTУНОВ И.Б., инженер заместитель начальника цеха 1-го Господшипникового завода;
ЕРУСАЛИМСКИЙ А.С., профессор, доктор исторических наук, лауреат Сталинской премии;
ГЕЛЬФОНД А.О., член-корреспондент Академии наук СССР;
МЕССЕРЕР С.М., заслуженная артистка РСФСР, лауреат Сталинской премии;
ШАПИРО Б.С., рабочий-наладчик 2-го часового завода;
ЗОЛОТАРЬ К.И., зав. отделом народного образования Кировского района г. Москвы;
БРУК С.И., член-корреспондент Академии наук СССР;
СМИРИН М.М., доктор исторических наук, лауреат Сталинской премии;
ЛОКШИН Э.Ю., кандидат экономических наук;
ШАФРАН А.М., главный зоотехник районного отдела сельского хозяйства Ленинского района Московской области, Герой Социалистического Труда.


Image
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 25. Д. 504. Л. 159-168. Подлинник.

<< содержание

ЛЕХАИМ- ежемесячный литературно-публицистический журнал и издательство.

О роли И.Эренбурга в "судьбоносной заминке" (@ Б.Сарнов) между первым вариантом Письма м вторым, о подходе К.Костырченко, и не только, см. здесь.

В.Каверин против Г.Костырченко:
Н. Каверин
Несколько случаев из жизни Вениамина Каверина
«Вопросы литературы» 2002, №5

...В начале 1953 года Каверину предложили поставить подпись под письмом группы видных деятелей культуры, науки, армии и флота. Деятели все были евреи, а в письме содержалось требование предать смертной казни врачей-убийц. Каверин отказался, да еще и сказал, что отказывается “по многим причинам”. Это был, возможно, самый рискованный поступок в его жизни. Если бы Сталин прожил подольше, биография “одного из основоположников советской литературы” могла бы получить совсем другой оборот и даже оказаться намного короче.
...
Эти эпизоды, как и многое другое, описаны Кавериным в “Эпилоге”. История этой книги сама не лишена интереса. Работа над ней была окончательно завершена Кавериным в 1979 году. О публикации книги нечего было и думать. Ее даже читать было страшно, книга воспринималась как явное покушение на советскую власть. Публиковать книгу за рубежом Каверин не хотел. Он хотел и дальше писать и печататься и не стремился ни в ссылку, ни в эмиграцию. Было решено отложить рукопись до лучших времен (оптимизм подсказывал, что они обязательно настанут), а для безопасности – переправить один экземпляр за границу...
... “Эпилог” уехал на Запад, где и пролежал “до лучших времен”.
Last edited by igorp on 15 Feb 2007, 01:06, edited 5 times in total.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 01:21

tigris wrote:"Дело врачей" в Израиле не забыто – симпозиум в Иерусалиме

ИЕРУСАЛИМ, 2 декабря (АЕН) - Вчера в Институте Ван Лира состоялся симпозиум "50 лет дела "Заговор врачей". Москва. 1953", организованный Центром еврейского медицинского наследия "Асаф-а-Рофе". В обращении к участникам симпозиума министр по делам Иерусалима и диаспоры Натан Щаранский поделился впечатлениями своего детства, совпавшем с общественной истерией, вызванном "Делом врачей", которое, по мнению министра, было частью дьявольского плана Сталина по уничтожению еврейского населения СССР...."

болле полную инфу читайте по ссылке:
http://www.aen.ru/ru/found.php?id=sketches&article=147
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

User avatar
yoseph
Ветеран мега-форума
Posts: 7144
Joined: 06 May 2006, 21:14
Location: СПб-Кармиэль

Postby yoseph » 18 Oct 2006, 01:57

[url=http://student.km.ru/ref_show_frame.asp?id=C2EA2FA511DE464FABD3D4FC2464C228]1953 год - канун третьей мировой войны?
Проф. Л. Коваль (Израиль)[/url]

Борис Иоффе (Особо секретное задание. Из истории атомного проекта в СССР. "Новый Мир", 1999, №5).

"... В нашей стране в послевоенное время физика была нацелена на решение основной задачи государства в то время - создание атомной (и водородной) бомбы. Я уверен, что главной целью Сталина было установление мирового господства или, как минимум - захват Европы и ряда территорий в Азии. Нападение на Южную Корею было первой серьезной пробой сил. С самого начала военных действий я понимал, что это агрессия Северной Кореи, направленная и организованная Сталиным. Я убежден, что в начале 50-х годов Сталин намеревался развязать и выиграть третью мировую войну. Времени у Сталина оставалось не много - в 1949 году ему исполнилось семьдесят лет - и действовать требовалось быстро. В /недавней/ статье генерала Н. Н. Остроумова, который в то время был заместителем начальника оперативного управления главного штаба военно-воздушных сил, говорится, что весной 1952 года Сталин приказал создать 100 дивизий тактических бомбардировщиков. Это, по Остроумову, было подготовкой к новой войне. В книге Чепички - министра обороны Чехословакии /при/ Готвальде - рассказывается, что в 1952 году Сталин собрал совещание министров обороны социалистических стран Восточной Европы. На этом совещании Сталин заявил, что в ближайший год-два ожидается мировая война, и потребовал от министров готовиться к ней.

Для осуществления поставленных целей предстояло решить две труднейшие задачи: военную - создать атомное оружие и политическую - поднять народ на войну. Решение последней задачи было особенно трудным. Требовалось разбудить ярость народа.

Найти подходящий объект для ненависти народа оказалось нетрудно - это были евреи. Евреи идеально подходили для такой цели: каждый видел еврея, каждый мог иметь объект своей ненависти рядом, да и старые российские традиции антисемитизма не были забыты. Сталин и послушный ему аппарат партии и государства со второй половины 40-х годов намеренно разжигали антисемитизм. Антисемитская кампания, нараставшая вплоть до самой смерти Сталина, не была просто еще одним эпизодом в сталинской политике репрессирования неугодных ему народов - она являлась средством к далеко идущей цели. Новым и очень важным этапом на пути к этой цели стало "дело врачей". В конце 1952 года арестовали группу профессоров, крупнейших медицинских специалистов. Все они, за исключением одного-двух, были евреи. Им предъявили обвинение в том, что, действуя по заданию американской еврейской шпионской организации "Джойнт", они под видом лечения пытались умертвить руководителей партии и государства. "Дело врачей" задумывалось с далеким прицелом: надо было показать, что и люди самой благородной профессии - врачи - у евреев являются убийцами. И это не сводилось к двум десяткам арестованных и посаженных в тюрьму видных врачей: по стране распространились слухи, что все врачи-евреи - враги народа и преступники. И эта ненависть потом распространялась уже не только на врачей. Дальнейший сценарий предполагался такой.

Арестованных по "делу врачей" собирались публично казнить. Одновременно должны были начаться "стихийные" выступления народа против евреев. И тогда группе представителей этого народа предстояло обратиться с письмом к Сталину и советскому правительству, в котором признавалась бы коллективная ответственность евреев за то, что в их среде выросли такие выродки, и говорилось бы о справедливом гневе народа. Вместе с тем авторы письма просили бы для защиты евреев от народного гнева переселить их в районы Дальнего Востока. Согласно плану, на пути следования эшелонов проходили бы стихийные выступления масс..."
Если у тебя спрошено будет: что полезнее, солнце или месяц? - ответствуй: месяц. Ибо солнце светит днем, когда и без того светло; а месяц - ночью.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 02:16

Кого Сталин хотел сделать своим наследником?
Вилен Люлечник

ВОПРОС О НАСЛЕДНИКЕ СТАЛИНА

Эта проблема — тоже одна из загадок того времени. Дело в том, что личные архивы Сталина и знаменитая "тетрадь в коленкоровой обложке" из личного сейфа вождя исчезли. Никакого письменно завещания среди личных бумаг вождя не обнаружили. Однако проблемой наследника вождя продолжали заниматься. И вот появилась довольно интересная работа Жореса Медведева (Лондон) "Секретный наследник Сталина". Многие интересные детали по этому же вопросу можно найти в книге Л.Млечина "Председатели КГБ. Рассекреченные судьбы". О чем же нам поведали известные историки и журналисты? Прежде всего, отмечает Ж.Медведев, "Сталин не мог, подобно Ленину, готовить для "посмертного" съезда партии подробные характеристики положительных и отрицательных качеств своих ближайших сотрудников.
...
Как уже отмечалось, готовилось отстранение от власти Молотова, Ворошилова, Микояна, Берия и ряда других деятелей. На всякий случай Сталин сменил и свое непосредственное окружение. От должности был отстранен легендарный Поскрёбышев, работавший личным секретарем Сталина более тридцати лет, арестован начальник личной охраны генерал Власик, личные врачи Сталина.

22 февраля 1953 года по всем областным управлениям МГБ был разослан совершенно секретный приказ номер 17. Этот приказ предписывал уволить из органов всех евреев, независимо от занимаемой должности и воинского звания. Никакие прежние заслуги во внимание не принимались. 23 февраля все они из органов были уволены "по сокращению штатов".

Долгое время, отмечает Л.Млечин, не удавалось отыскать доказательств того, что Сталин готовил расправу над евреями. Но вот на помощь пришёл В.А.Малышев, бывший в то время заместителем председателя Совета министров СССР. Человек весьма дотошный. Он записал почти дословно выступление Сталина 5 мая 1941 года. Всю свою жизнь он вел подробный дневник. Он же и записал сказанное вождём на заседании Президиума ЦК КПСС 1 декабря 1952 года: "Любой еврей — националист, это агент американской разведки. Евреи — националисты считают, что их нацию спасли США... Они считают себя обязанными американцам. Среди врачей много евреев — националистов".

Сталин предполагал, что в его распоряжении есть ещё пару лет или, как минимум, несколько месяцев. Но счёт шёл уже на недели. И замыслам вождя не суждено было осуществиться...

Роман Перин
ГИЛЬОТИНА ДЛЯ БЕСОВ
ЭТНИЧЕСКИЕ И ПСИХОГЕНЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ КАДРОВОЙ ПОЛИТИКИ 1934-2000 гг.

«ЛИО Редактор» Санкт-Петербург 2001 ББК 63. 3(2) П 26

22 февраля 1953 г. по всем областным управлениям МГБ был разослан совершенно секретный приказ СС №17. Этот приказ предписывал уволить немедленно из МГБ всех сотрудников еврейской национальности, вне зависимости от их чина, возраста и заслуг. Уже 23 февраля все они были уволены «по сокращению штатов» и должны были сдать свои дела в течение лишь одного дня». (Жорес Медведев. Секретный наследник Сталина. «24 часа» №36, 2000).


Приложение №2
Главное политическое управление РККА 10 декабря 1941 г.
(Выписка из приказа начальника)
Лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» может неправильно ориентировать некоторые прослойки военнослужащих. Со всех без исключения военных газет снять в шпигеле лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» и заменить его лозунгом «Смерть немецким оккупантам!». Лозунг «Пролетариивсех стран, соединяйтесь!» ставить только на литературе, издающейся для войск противника.

(подпись) Мехлис


Докладная записка управления пропаганды и агитации
ЦК ВКП(б) А.А.Андрееву, Г.М.Маленкову, А.С.Щербакову
«О подборе и выдвижении кадров в искусстве»
17 августа 1942 г.
Отсутствие правильной и твердой партийной линии в деле развития советского искусства в Комитете по делам искусств при СНК СССР и имеющийся самотек в работе учреждений искусства привели к извращениям политики партии в деле подбора, выдвижения и воспитания руководящего состава учреждений искусства, а также вокалистов, музыкантов, режиссеров, критиков и поставили наши театры и музыкальные учреждения в крайне тяжелое положение. В течение ряда лет во всех отраслях искусства извращалась национальная политика партии.

В управлениях Комитета по делам искусств и во главе учреждений русского искусства оказались нерусские люди, преимущественно евреи. В частности, в Комитете по делам искусств руководящие должности занимают: Фалковский, Владимирский, Плоткин, Шлифштейн, Гольцман и другие евреи.

В Большом театре Союза ССР, являющемся центром великой русской музыкальной культуры и оперного искусства СССР, руководящий состав целиком нерусский. Имеется в виду, что на руководящей административной и творческой работе находятся Леонтьев (гл. реж.), Самосуд (глав. дирижер), дирижеры Файер, Штейнберг, Малик-Пашаев, Габович, Мессерер, Купер-Кауфман, Жук, Садовников.

Такая же картина и в Московской государственной консерватории, где директор – Гольденвейзер, а его заместитель – Столяров (еврей). Все основные кафедры консерватории возглавляют евреи Цейтлин, Ямпольский, Дорнилак, Гедике, Пекилес, Файберг. В Ленинградской государственной консерватории: зам.директора – Островский, руководители кафедр – Штейнберг, Эйдлин, Гинзбург.

Не случайно, что в консерваториях учащимся не прививается любовь к русской музыке, русской народной песне и большинство наших известных музыкантов и вокалистов: Ойстрах, Э. Гилельс, Флиэрр, Л. Гилельс, Гинзбург, Фихтенгольц, Пантофель-Нерецкая имеют в своем репертуаре главным образом произведения западноевропейских композиторов. С санкции Комитета по делам искусств во время войны ликвидированы оркестры русских народных инструментов в Москве и Ленинграде.

В музыкальной критике тоже засилье евреев. Наиболее активно в печати выступают Рабинович, Гринберг, Коган, Шлифштейн, Житомирский, Цукерман и другие. Они замалчивают концерты русских пианистов и дают пространные статьи о Э. Гилельсе, Ойстрахе и других. Во главе отделов литературы и искусства центральных газет также много евреев.

Учитывая изложенное, Управление пропаганды и агитации считает необходимым рекомендовать Комитету по делам искусств следующее:

– разработать мероприятия по подготовке и выдвижению русских кадров;

– произвести уже сейчас частичное обновление руководящих кадров в ряде учреждений искусства.

Нач.Упр.пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Г. Александров


Зав. отд.культ.просвет.учр. Т. Зуева
Секретарю ЦК ВКП(б)
24 октября 1942 г. А.С.Щербакову
Сообщаю, что С. Эйзенштейн просит утвердить на роль русской княгини Ефросиньи в фильме «Иван Грозный» актрису Ф.Раневскую. Он прислал фотографии Раневской в роли Ефросиньи, которые я направляю Вам. Мне кажется, что семитские черты у Раневской очень ярко выступают, особенно на крупных планах, и поэтому утверждать Раневскую на роль Ефросиньи не следует, хотя Эйзенштейн будет апеллировать во все инстанции.

(подпись) И. Большаков


(Секретные документы ЦК ВКП(б). «За Русское Дело», №5/49,1997г.)
Last edited by igorp on 18 Oct 2006, 13:19, edited 1 time in total.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

User avatar
Толстый Луис
Великан-эгоист
Posts: 14000
Joined: 09 Jul 2003, 10:21
Location: Израиль, Иерусалим

Postby Толстый Луис » 18 Oct 2006, 09:51

Книги Чуева о Молотове в Сети не нашел. Но технически, полагаю, ее возможно отыскать, если не здесь, так в России.
Будет хоть какое-то подтверждение. А то товарищу Ваксбергу нельзя верить даже на пол-слова.

Геннадий Костырченко wrote:К сожалению, Ваксберг на экране лишь имитирует чистосердечие. Правда, имитирует он его благодаря актерскому дару и личному обаянию, несомненно присущим этому литератору, тонко, искусно, так что зрительская аудитория, поддавшись магии убеждения, в большинстве своем склонна ему верить. И только немногие, главным образом специалисты-историки, посвятившие не один год изучению проблем, которым посвящен фильм, способны трезво оценить его содержание.

Вот лишь одна иллюстрация. На экране воспроизводится былая полемика Ваксберга с «зашоренным», в его понимании, французским коммунистом Шарлем Лидерманом, смеющим сомневаться в реальности государственного антисемитизма в СССР. Сомневается он еще и на том основании, что в мрачные послевоенные годы с самим Ваксбергом ничего не случилось. На этот вполне резонный довод следует скороговоркой произнесенный ответ явно задетого за живое собеседника: да, не случилось, но ведь могло случиться. Чувствуется, для Ваксберга этот вопрос явно из «неудобных». Ведь вопреки его словам о том, что после войны Сталин ввел такую процентную норму для поступления евреев в вузы, какой не было даже в царское время, ему самому, выходцу из еврейской семьи, почему-то удалось закончить в 1949 году весьма престижный юридический факультет МГУ, а потом – в самый черный для евреев 1952 год, когда были казнены тринадцать членов Еврейского антифашистского комитета, – еще и аспирантуру[1]. Неужели Ваксбергу просто повезло и его судьба стала исключением из жестких правил советской жизни, действительно установленных тогда для евреев? Или произошло нечто не совсем случайное? Будь картина Ваксберга воистину исповедальной, мы получили бы ответы на эти, на другие вопросы, подобные этим и возникающие по ходу фильма. Однако поскольку «Реприза» по духу далеко не «Покаяние» Т.Е. Абуладзе, оставшееся, по сути, гласом вопиющего в нашей кинопустыне, придется самостоятельно докапываться до истины.

Я далек от того, чтобы безоглядно верить идейно враждовавшему с Ваксбергом В. В. Кожинову, когда тот свидетельствует, что в 1949 году, случайно столкнувшись в коридоре МГУ с юным тогда Аркадием Иосифовичем – студентом юрфака, он был неприятно поражен выражением остолбенелого восторга, застывшим на лице последнего в момент выхода из аудитории (после очередной лекции) А.Я. Вышинского[2]. Однако Кожинов так живо и реально описал ту памятную для него сцену, намеренно упомянув при этом имя невольного очевидца, Л.А. Рускол, что рассказанное им невозможно полностью отвергнуть. Тем более что последующее продвижение Ваксберга по карьерной лестнице в СССР было весьма успешным. И только в «перестройку», когда многих прежних кумиров стали сбрасывать с пьедесталов, Аркадий Иосифович назвал Вышинского «сталинским инквизитором». Однако, как писал Гюстав Флобер, низвергающим идолов не дано смыть с себя их позолоту, въевшуюся в кожу за время поклонения.

До перестройки Ваксберг, как и подавляющее большинство советских граждан, покорно совершал ритуал поклонения советским божкам. В 1954 году в автореферате своей кандидатской диссертации он с пиететом цитировал сочинения Сталина, Жданова и Маленкова, разоблачая одновременно «антимарксистские взгляды» правоведов Хейфеца и Немзера[3]. Занимаясь позже преподавательской и адвокатской деятельностью, Ваксберг стал публиковаться, подвизаясь на ниве воспитания подрастающего поколения и наставляя его на примерах из жизни К. Маркса, Ф. Энгельса, «всегда» «мягкого и доброго»[4] В.И. Ленина, а также других «пламенных революционеров». «Светлой памяти» одного из них, Н.В. Крыленко, видного представителя и создателя репрессивной советской юстиции, побывавшего на постах председателя Верховного ревтрибунала республики, прокурора РСФСР, наркома юстиции СССР и др., он даже посвятил книгу[5].

С этим своего рода идеологическим заказом партии Ваксберг справился блестяще. Созданный им образ эдакого рыцаря социалистической законности получился не блеклым, ходульным и дидактичным, сработанным по канонам популярной серии «Жизнь замечательных людей», а ярким, человечным и потому убедительным. В книге Ваксберга Крыленко не только отдавал всего себя борьбе с коварными врагами новой светлой жизни, но и не был чужд таких романтических увлечений, как охота (да еще в компании с Ильичом), шахматы, альпинизм.


Лучше не скажешь об этом прохвосте.
Только на рост антисемитизма вся надежда. (Misha Botvinnik)
viewtopic.php?f=39&t=62246

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 12:09

1953 год - канун третьей мировой войны
Л.Кoвaль

Борис Иоффе, Особо секретное задание. Из истории атомного проекта в СССР. «Новый Мир», 1999, №5.
К концу 1952 года стало ясно, что водородная бомба в скором времени (полгода-год) будет создана: все принципиальные вопросы были решены, оставалось в основном лишь техническое их воплощение. Одновременно шла политическая подготовка: декабрь 1952 года - “дело врачей”, развязки его можно было ожидать где-то весной - летом 1953-го. Испытание водородной бомбы в СССР произошло в августе 1953 года. Так что я глубоко убежден: если бы не вмешательство судьбы - смерть Сталина в марте 1953 года, - третья мировая война могла разразиться где-то в 1953 или 1954 году и мир оказался бы на грани (или даже за гранью) катастрофы».
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 12:24

СТАЛИН УМЕР!
Из надзорных производств Прокуратуры и Верховного суда СССР по делам об антисоветской агитации и пропаганде
№4


Из докладной записки министра государственной безопасности СССР С.Д.Игнатьева Г.М.Маленкову, Л.П.Берии, Н.А.Булганину, Н.С.Хрущеву от 5 марта 1953 г. о реакции военнослужащих и вольнонаемных Советской армии и Военно-морского флота на болезнь И.В.Сталина
[...] Офицер Морского Генерального штаба, капитан первого ранга: «Да, очень тяжело поверить, что нас постигло такое горе, надежда на партию, которая железной рукой должна будет пресекать малейшую попытку внести разлад в своих рядах и народе. Особенно надо быть беспощадным к врагам».

Вольнонаемная работница военной базы Московского военного округа:«Как жаль, что он так тяжело заболел! Не приложили ли руку к его здоровью евреи?»1 [...]

Вольнонаемная работница штаба ВВС Московского военного округа: «В тяжелой болезни т. Сталина виновны те же врачи-убийцы. Это, видимо, они и т. Сталину давали отравляющие лекарства замедленного действия»[...]

Заведующий столовой в мотострелковой дивизии, старшина: «Заболел тяжело, можно через дня три ожидать... Тогда некому будет и пожаловаться. Сейчас, чуть что получится, говорят: „Товарищу Сталину пожалуемся”, а тогда некому будет. Возьмем такой пример. Почему нет евреев в колхозах, а все они на высоких занимаемых постах? Был бы Ленин, то их бы не было, он всех их сослал бы в Палестину.

Был бы Ленин, то и войны не было бы. А все же евреев не было бы, если бы был жив Ленин, а то они нас душат».

...

Начальник отдела в ВВС Московского военного округа, старший лейтенант: «Если [Сталин] умрет, то Россию растащат на куски».

Начальник клуба артиллерийской базы: «Туда и дорога». (Дано указание документировать и арестовать.)

Сержант артиллерийской бригады Прикарпатского военного округа, латыш: «Ну и хорошо». (Дано указание документировать и арестовать.)

Инспектор политического управления Прикарпатского военного округа, подполковник: «А стоит ли его лечить?» (Проводится оперативное расследование.)

Солдат бронетанкового склада: «Сталин долго не протянет, да это даже лучше. Посмотрите, как все сразу изменится». (Проводится оперативное расследование.)[...]

Офицер штаба ПВО Военного министерства, полковник: «А кто теперь будет вместо него? Теперь этот вопрос всех очень волнует».

Старший лаборант кафедры Военно-инженерной академии имени Куйбышева: «Может произойти ускорение начала третьей мировой войны. Дело идет к войне, а здесь – это сообщение».

Министр гос[ударственной] безопасности

С.Игнатьев

Документ воспроизводится по публикации В.И.Лазарева «Последняя болезнь Сталина (из отчетов МГБ о настроениях в армии весной 1953 г.)». – Неизвестная Россия. ХХ век. Вып. 2. С. 254–2582.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 14:02

ДЕЛО ЕВРЕЙСКОГО АНТИФАШИСТСКОГО КОМИТЕТА
№ 1 РЕШЕНИЕ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б) О ЗАКРЫТИИ ЕАК

№ 2 ЗАПИСКА М.Ф.ШКИРЯТОВА И В.С.АБАКУМОВА О П.С.ЖЕМЧУЖИНОЙ

№ 3 ИЗ ПРОТОКОЛА ЗАСЕДАНИЯ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б)

№ 4 ИЗ ПРОТОЛА ДОПРОСА ГОФШТЕЙНА Д.Н.

№ 5 ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА Г.М.МАЛЕНКОВЫМ И М.Ф.ШКИРЯТОВЫМ С.А.ЛОЗОВСКОГО

№ 6 ИЗ ПРОТОКОЛА ЗАСЕДАНИЯ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б)

№ 7 ЗАПИСКА МИНИСТРА ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ С.Д.ИГНАТЬЕВА О НЕОБХОДИМОСТИ ВОЗОБНОВИТЬ СЛЕДСТВИЕ ПО ДЕЛУ ЕАК

№ 8 СПРАВКА В ЦК ВКП(б) О ПОДСЛЕДСТВЕННОМ ШИМЕЛИОВИЧЕ Б.А.

№ 9 СОПРОВОДИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА К ОБВИНИТЕЛЬНОМУ ЗАКЛЮЧЕНИЮ ПО ДЕЛУ ЕАК

№ 10 ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПО ДЕЛУ ЕАК

№ 11 РЕАБИЛИТАЦИОННАЯ СПРАВКА ПО ДЕЛУ ЕВРЕЙСКОГО АНТИФАШИСТСКОГО КОМИТЕТА
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 14:05

«ДЕЛО ВРАЧЕЙ»
1. Информация В.С. Абакумова о «засоренности» кадров в клинике лечебного питания Института питания АМН СССР

2. Из записки Административного отдела ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкову о кадрах клиники лечебного питания

3. Решение Секретариата ЦК ВКП(б) о кадрах клиники лечебного питания

4. Письмо С.Д. Игнатьева И.В. Сталину о разоблачении националистической группы в клинике лечебного питания

5. Из постановления ЦК ВКП(б) «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР»

6. Из записки С.Д. Игнатьева И.В. Сталину о следственном деле С.Е. Карпай

7. Протокол допроса В.Н. Виноградова

8. Постановление ЦК КПСС «О вредительстве в лечебном деле»

9. Из протокола допроса В.Н. Виноградова о лечении В.И. Сталина

10. Протокол очной ставки между В.Н. Виноградовым и С.Е. Карпай

11. Протокол допроса бывшего начальника Внутренней тюрьмы МГБ СССР А.Н. Миронова

12. Проект обращения еврейской общественности в «Правду» (1-я редакция)

13. Проект обращения еврейской общественности в «Правду» (2-я редакция)

14. Письмо И.Г. Эренбурга И.В. Сталину

15. Письмо Н.А. Шерешевского Л.П. Берия

16. Постановление Президиума ЦК КПСС о фальсификации так называемого дела врачей-вредителей
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 19:20

[url=http://www.lechaim.ru/ARHIV/105/madie.htm]1953 год: ПредстоЯла ли советским евреям депортация?
Самсон Мадиевский[/url]
C середины 30-х годов, по мере выцветания коммунистической идеологии в СССР и укрепления режима личной власти, Сталин все более опирается в своей политике на великорусский национализм. Традиционным компонентом последнего был, как известно, антисемитизм (отнюдь не чуждый, кстати, и самому диктатору). Однако внутри – и внешнеполитическая обстановка, в частности, идеологическое и политическое противостояние германскому национал-социализму, исключали тогда возможность открытых проявлений антисемитизма. Тем более относится это к периоду 1941–1945-х годов, когда Советский Союз вместе с западными демократиями сражался против гитлеровской Германии (хотя негласно вытеснение евреев со многих руководящих постов осуществлялось уже во время войны). После 1945-го в атмосфере нарастающей конфронтации с Западом («холодная война») и ужесточения внутриполитического режима дискриминация, преследования евреев усиливаются год от года.

Немногим более полувека назад, в 1949 году, впервые прошел неясный, но зловещий слух о готовящейся в СССР депортации евреев. Это было вскоре после разгрома Еврейского антифашистского комитета (ЕАК), массовых арестов представителей еврейской интеллигенции и прокатившейся по стране кампании против «космополитов». С тех пор на Западе, а с 1990-го и в России появилось множество публикаций, в той или иной мере затрагивающих эту тему. В большинстве из них депортация советских евреев в отдаленные районы Сибири и Дальнего Востока рассматривалась как запланированная, тщательно подготавливавшаяся акция, осуществление которой лишь в самый последний момент было предотвращено внезапной смертью ее инициатора – И. В. Сталина. Более подробно эта версия изложена в книгах журналиста Зиновия Шейниса – «Грозила депортация» (М., 1991) и «Провокация века» (М., 1994), юриста Якова Айзенштата «О подготовке Сталиным геноцида советских евреев» (Иерусалим, 1994), публициста Федора Лясса «Последний политический процесс Сталина, или Несостоявшийся геноцид» (Иерусалим, 1995).

Итак, эта версия представляет следующую картину. В конце 40-х – начале 50-х годов на высшем уровне было принято решение депортировать советских евреев. Для подготовки акции была создана комиссия, подчинявшаяся лично Сталину. Председателем ее назначен был М. А. Суслов, секретарем – работник госбезопасности, а затем аппарата ЦК КПСС Н. Н. Поляков. Для размещения евреев в Биробиджане и других местах форсированно строились барачные комплексы лагерного типа, а соответствующие территории разбивались на закрытые, секретные зоны. Одновременно по всей стране составлялись списки (отделами кадров – по месту работы, домоуправлениями – по месту жительства) «лиц еврейской национальности». Списков было два – на «чистокровных» и «полукровок», и операция планировалась как двухэтапная.

Вначале высылка намечалась на вторую половину февраля 1953 года, но из-за задержки с составлением списков ее отложили до второй половины марта. Суд над «врачами-вредителями» Сталин назначил на 5–7 марта, публичную казнь их – на 11–12-е. Затем на крупнейших промышленных предприятиях страны предполагалось провести многотысячные митинги с требованием покарать всех пособников «убийц в белых халатах». Антисемитская истерия, достигшая апогея, должна была вылиться в «стихийные» погромы, «народные» расправы с евреями по всей стране. В этот момент, по замыслу Сталина, обнародовалось открытое письмо к нему от виднейших советских евреев с осуждением «врачей-убийц» как извергов рода человеческого и с просьбой переселить евреев в отдаленные районы страны, чтобы спасти их от насильственных действий со стороны окружающих.

Министр вооруженных сил СССР Н. А. Булганин получил от Сталина приказ подогнать к столице и другим крупным городам несколько сот военных железнодорожных составов. Теплушки без нар стояли наготове на Московской окружной дороге, в районе Ташкента и во многих других местах.

Согласно утвержденному Сталиным сценарию доехать до места назначения предстояло не более чем половине депортируемых. По пути следования эшелонов предполагалось организовать крушения, нападения со стороны «народных мстителей».

Предусмотрено было и марксистское теоретическое обоснование планируемой акции. Сталин поручил главному редактору журнала «Вопросы философии» Д. И. Чеснокову подготовить соответствующий «научный» труд. К началу февраля 1953 года книга под названием «Почему необходимо выселить евреев из промышленных районов страны» была уже одобрена Сталиным и отпечатана издательством МВД СССР тиражом в миллион экземпляров, который хранился на складе МГБ, и в день «Х» его должны были срочно распространить по всей стране. Для центральных газет, радио и телевидения были подготовлены рецензии на эту книгу.

На каких источниках базировалась такая версия? Прежде всего на показаниях Н. Н. Полякова, записанных двумя свидетелями незадолго до его смерти. Эти показания приводятся в книге З. Шейниса «Провокация века». Во-вторых, на свидетельстве Н. А. Булганина в беседе с доктором исторических наук Я. Я. Этингером (сб. «Хроника «дела врачей», с. 4-7). В-третьих, на рассказе И. Эренбурга писателю Ю. Бореву о беседе с Н. С. Хрущевым, пересказавшим якобы разговор со Сталиным относительно предстоявшей депортации (Ю. Борев. «Сталиниада». М., 1990). Наконец, на приводимых З. Шейнисом и Ю. Боревым (без указания источника) сведениях о подготовке книги Д. И. Чеснокова.

Нужно сказать, что версия эта с самого начала вызывала вопросы. Например: где можно ознакомиться с показаниями Н. Н. Полякова? Ответить на этот вопрос некому – ни автора показаний, ни первичного публикатора нет уже в живых. Далее. Если Н. С. Хрущев рассказывал И. Эренбургу о предстоявшей депортации, то почему он не упомянул о ней в своих «Воспоминаниях» (Нью-Йорк, 1979), где не раз говорится об антисемитизме Сталина? Наконец, самое главное: если комиссия по депортации действительно существовала, то должна была остаться ее документация. Где она? И напоследок: если книга Чеснокова была отпечатана огромным тиражом, неужели ни один экземпляр не сохранился? И даже если весь тираж был уничтожен, остались бы свидетели – наборщики, печатники, корректоры. Но где они?

В 1994 году в Москве вышла в свет большая (400 страниц) работа российского историка Г. Костырченко «В плену у красного фараона. Политические преследования евреев в СССР в последнее сталинское десятилетие». Автор назвал ее «Документальным исследованием». Действительно, в отличие от всех ранее писавших на эту тему, Г Костырченко привлек большой документальный материал из строго секретных архивов ЦК КПСС и КГБ СССР. Эти материалы находятся теперь в Российском центре хранения и изучения документов новейшей истории, Государственном архиве Российской Федерации, Центральном архиве Федеральной службы контрразведки и Президентском архиве.

Обследуя названные хранилища, автор не обнаружил документальных подтверждений версии о готовившейся депортации советских евреев, и пришел к выводу, что правильнее ее считать предположением, которое будущие исследования должны подтвердить или опровергнуть.

В 1998 году в Германии состоялся симпозиум по теме «Поздний сталинизм и “еврейский вопрос”». В нем приняли участие известные специалисты по этой проблематике из России, Израиля, ФРГ, Чехии, Польши и Венгрии. Организовали симпозиум Институт по изучению стран Центральной и Восточной Европы и кафедра современной истории стран региона при католическом университете Айхштетта. Со стороны России в нем приняли участие Геннадий Васильевич Костырченко (Институт истории России РАН) и доктор исторических наук, профессор Владимир Павлович Наумов (секретарь Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий при президенте Российской Федерации). Их «дуэль» и стала, на наш взгляд, наиболее интересным событием симпозиума.

Во-первых, Г. Костырченко повторил свой главный аргумент: мы не имеем до сих пор официальных документов о подготовке депортации. Между тем, если бы таковые существовали, то обязательно всплыли бы несмотря на секретность. У такой точки зрения есть свои резоны. Вспомним: даже столь одиозные, опасные для репутации советского коммунизма документы, как секретный протокол к советско-германскому пакту о ненападении от 28 сентября 1939 года с картой раздела Польши или протокол заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года с поручением НКВД ликвидировать находившихся в советских лагерях пленных польских офицеров, не были уничтожены. В течение многих лет существование их официально отрицалось, но после краха коммунизма в 1991-м эти документы «всплыли» в Президентском архиве среди бумаг с грифом «Особая папка».

Следующий аргумент Г. Костырченко: такие осведомленные в тайнах сталинской политической кухни функционеры, как Л.М. Каганович и П.А. Судоплатов, заявили, что ничего не слышали о подобном плане. Этот аргумент представляется менее убедительным. Каганович, который вообще обходит, отрицает или оправдывает сталинские злодеяния, в данном случае выразился так: «при мне разговора на эту тему не было», – подчеркнув, что в число самых близких к Сталину лиц тогда уже не входил (Ф. Чуев. «Так говорил Каганович. Исповедь сталинского апостола». М., 1992. С. 41, 64, 175). Тем более Судоплатов. Возглавляя в 1951-1953 годах Спецбюро МГБ по разведке и диверсиям, нацеленное против «врага внешнего», он мог быть и не в курсе акции, задуманной на самом верху против «врага внутреннего». А вот А.И. Микоян, как показали его недавно опубликованные воспоминания, считал: «готовилось добровольно-принудительное выселение евреев из Москвы» (А.И. Микоян. «Так было. Размышления о минувшем». М.,1999, с.535, 536).

Еще менее убедительными кажутся другие доводы Г. Костырченко. А именно: что для осуществления депортации недостаточно было указания сверху, нужно было предварительно изменить действующее законодательство, легализировав антисемитизм так, как это было сделано в гитлеровской Германии в 1933 – 1941 годах. Более того, нужно было изменить официальную идеологию, «которая, вопреки шовинистическому давлению сталинизма, сохраняла еще романтику большевистского интернационализма, идеологию, которой чужды были национальная дискриминация и тем более расизм». А для проведения в жизнь столь глубоких и масштабных изменений требовалось время, которого Сталину не хватило. К тому же «практически все ближайшие соратники вождя наблюдали за его юдофобскими упражнениями с растущим напряжением, не без основания опасаясь, что все это может обернуться впоследствии сведением счетов с ними».

Что можно сказать по этому поводу? Показной интернационализм официальной идеологии, как известно, не стал препятствием для депортации четырнадцати (!) советских этносов, не потребовалось для этого и изменений действующего законодательства. Каждая такая акция мотивировалась политически, соображениями безопасности и т. п. Нет сомнения, что и для депортации советских евреев нашлись бы «веские» основания: их «враждебность» делу социализма (именно так, по словам Ю. Борева, объяснялась высылка в книге Д.И. Чеснокова), то, что «каждый еврей – националист, агент американской разведки» (согласно записи тогдашнего зампреда Совмина СССР В.А. Малышева, так выразился Сталин на заседании Бюро Президиума ЦК КПСС 1 декабря 1952 года).

Что касается психологической подготовки крупномасштабной акции против евреев, то она велась по меньшей мере с 1949 года (кампания против «космополитов»). Пропагандистская истерия, развязанная в связи с «делом врачей», привела, по оценке Г. Костырченко, к «взрыву плебейского антисемитизма», в котором агрессивность, желание посчитаться с «убийцами в белых халатах» слились с паническим, животным страхом перед ними. У многих эти чувства переносились на евреев вообще (по принципу «все они такие»). Психологическая почва для массового – «всенародного» – принятия широкомасштабных карательных мер была таким образом налицо.

Г. Костырченко, однако, полагает, что неодобрительное отношение ближайшего окружения и бурная реакция Запада на «дело врачей» вынудили Сталина осознать, что он «загнал страну в идеологический и политический тупик», и начать поиск выхода из положения. Признаки такого поиска российский историк усматривает в свертывании после 20 февраля 1953 года пропагандистской кампании вокруг «дела врачей» и подготовке Агитпропом ЦК письма на имя Сталина от имени самых известных советских евреев.

Однако относительно первого следует заметить: погромные статьи о «врачах-убийцах» продолжали появляться и после 20 февраля. Что же до упомянутого письма, то текст его, впервые опубликованный журналом «Источник» (Москва, 1997, №1), как оказалось, не содержит просьбы о переселении евреев. В нем говорится: вопреки усилиям врагов «подавить у евреев сознание высокого общественного долга советских граждан, ... превратить евреев России в шпионов и врагов русского народа и тем самым создать почву для оживления антисемитизма, этого страшного пережитка прошлого, ... русский народ понимает, что громадное большинство еврейского населения СССР является другом русского народа». Кончалось письмо совсем неожиданно – просьбой разрешить издание газеты, предназначенной «для широких слоев еврейского населения в СССР и за рубежом».



Первое сообщение о заговоре группы врачей.

«Известия», 13 января 1953 года.

Конечно, в письме резко осуждались все тогдашние официальные враги – «врачи-убийцы», американский империализм, международный сионизм, государство Израиль, с которым СССР порвал дипломатические отношения. Однако нельзя не согласиться с Г. Костырченко: приведенные фразы действительно расходятся с содержанием и тоном предшествующей пропаганды. В любом случае данный текст не ложится в схему версии о предстоявшей через пару дней, недель или месяцев депортации советских евреев.

Соответственно и мотивы, по которым И. Эренбург и ряд других лиц отказались подписать его, оказываются иными, нежели утверждали сторонники указанной версии (считалось, что эти люди отказались ходатайствовать о «добровольном переселении»). По отношению к Эренбургу это установлено публикацией его обращения к Сталину в том же номере журнала «Источник».

Общий вывод Г. Костырченко по интересующему нас вопросу звучит так. В 1949-1953 годах «в еврейских кругах возникает трагическое чувство безысходности и отчаяния, обусловленное атмосферой растущего антисемитизма. Этому ощущению в известной мере благоприятствовала и традиционная еврейская ментальность, сформированная тысячелетним опытом преследований, постоянного ожидания национальной катастрофы. Способствовали ему и свежие воспоминания об изгнании целых народов, обвиненных во время войны в сотрудничестве с врагом». Неудивительно, что «запуганное сознание еврейского населения было пропитано самыми мрачными предчувствиями», вплоть до ожидания поголовной высылки в Сибирь. Хотя, полагает автор, такого рода планов у власти в то время не было.

Профессор В. Наумов возразил Г. Костырченко прежде всего по главному пункту – относительно отсутствия документов, подтверждающих подготовку депортации. Да, сказал он, на сегодня таких документов в нашем распоряжении нет. Но они еще могут найтись. И фонды Президентского архива, и документы бывшего КГБ обследованы далеко не полностью. И даже если документов такого рода не найдут, это не значит, что их и не было. Документы не уничтожались? Ну, как сказать! Есть, в частности, свидетельства о том, что осенью 1954 года из архивов ЦК и МК КПСС и ЦК КПУ было изъято и уничтожено много документов, компрометировавших Н. С. Хрущева (об этом говорилось на июньском Пленуме ЦК КПСС 1957 года.).

Что касается решения высшей инстанции о переселении евреев, то до него дело просто не дошло. В. Наумов привел в своем выступлении в Айхштетте факт, значение которого, на наш взгляд, трудно переоценить. Оказывается, депортация ряда народов Северного Кавказа была оформлена постановлениями ГКО СССР post factum, когда операция по выселению сотен тысяч людей, сопровождавшаяся уничтожением на месте всех, кого невозможно было вывезти, по существу закончилась. Руководившие ею уполномоченные ГКО Круглов, Кобулов, Аполлонов действовали на основе устных предписаний.

В. Наумов считает установленным, что списки лиц, подлежавших депортации из Москвы, у властей имелись. Они были составлены по указанию городского и районных комитетов партии под наблюдением органов МГБ. Что касается мест размещения, то он обратил внимание на принятое в январе 1953-го постановление Бюро Президиума ЦК КПСС о строительстве гигантского – на 150-200 тысяч человек – лагеря для «особо опасных иностранных преступников». Поскольку лиц этой категории в советских тюрьмах и лагерях было тогда значительно меньше, возникает вопрос: кто должен был заполнить этот новый остров ГУЛАГа? Заметим, однако, сразу: проектная вместимость нового лагеря даже отдаленно не соответствует тогдашней численности евреев в СССР, к тому же «наказанные народы» размещались не в лагерях, а среди местного населения отдаленных областей, краев и республик.

Ссылку на то, что весьма высокопоставленные функционеры не слышали о планах депортации, В. Наумов отводит, напоминая, что с конца 30-х годов Сталин все чаще принимал важные решения единолично, не ставя о них в известность даже тех, кто непосредственно отвечал за соответствующий участок работы. Характерный в этом смысле пример: начальник Генштаба РККА маршал Б. М. Шапошников узнал о вторжении советских войск в Финляндию в 1939 году ... из газет, находясь в то время в санатории.

Мнение, что Сталин не имел свободы действий в вопросе о депортации евреев из-за позиции своего окружения, главный оппонент Костырченко считает «иллюзией».

Утверждение, что евреев невозможно было бы выселить из-за их разбросанности по территории европейской части СССР, В. Наумов парирует ссылкой на прецедент: все крымские татары и греки, проживавшие вне Причерноморья, были как известно, отысканы и присоединены к соплеменникам. Нельзя, однако, не учитывать, что численность, дисперсность расселения, степень интеграции в различные общественные структуры, – все эти показатели были у евреев значительно выше.

Таковы на сегодня основные аргументы и контраргументы сторон в этом затянувшемся споре. Как видно, у обеих есть довольно веские и серьезные доводы, есть, впрочем, и менее убедительные. Вопрос, поставленный в заголовке статьи, пока остается открытым.

P.S. Подготовив статью, я созвонился с В. Наумовым и Г. Костырченко, чтобы уточнить: могут ли они добавить что-либо к сказанному на симпозиуме. В. Наумов ответил: мы нашли в показаниях Рюмина упоминание о том, что в 1952 году он по согласованию со Сталиным представил предложения о депортации евреев. Г. Костырченко отреагировал на эту информацию контрвопросом: и где же они, эти предложения? Со своей стороны он сообщил: исследование документации Московского железнодорожного узла за февраль-март 1953 года не выявило здесь каких-либо необычных скоплений подвижного состава...

Поиски и исследования будут, очевидно, продолжены.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

User avatar
Толстый Луис
Великан-эгоист
Posts: 14000
Joined: 09 Jul 2003, 10:21
Location: Израиль, Иерусалим

Postby Толстый Луис » 18 Oct 2006, 19:50

Министр вооруженных сил СССР Н. А. Булганин получил от Сталина приказ подогнать к столице и другим крупным городам несколько сот военных железнодорожных составов. Теплушки без нар стояли наготове на Московской окружной дороге, в районе Ташкента и во многих других местах.

Хоть бы концы с концами научились состыковывать... Выпирает же, как шило из дырявого мешка...
В 1949 - 1953 годах министром вооруженных сил СССР был вовсе не Булганин, а маршал Василевский.

Василевский Александр Михайлович
(1895—1977), военачальник, Маршал Советского Союза (1943), Герой Советского Союза (1944, 1945). С июня 1942 начальник Генштаба. В 1942—44 координировал действия ряда фронтов в Сталинградской, Курской битвах, других крупных операциях. В 1945 командовал 3-м Белорусским фронтом, затем советскими войсками на Дальнем Востоке при разгроме японской Квантунской армии. С 1946 начальник Генштаба. В 1949—53 министр Вооружённых Сил (военный министр) СССР. Воспоминания “Дело всей жизни” (1975).
Только на рост антисемитизма вся надежда. (Misha Botvinnik)
viewtopic.php?f=39&t=62246

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 19:59

Из темы Источник зла

igorp wrote:
Толстый Луис wrote:Книги Чуева о Молотове в Сети не нашел. Но технически, полагаю, ее возможно отыскать, если не здесь, так в России.
Будет хоть какое-то подтверждение. А то товарищу Ваксбергу нельзя верить даже на пол-слова.
...
Лучше не скажешь об этом прохвосте.

A.Ваксберг wrote:Напомнив Молотову об этом событии, его конфидент Феликс Чуев получил такой неожиданный ответ: «Что Берия причастен к этому делу, я допускаю». И все… (Ф.Чуев, Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1993, с. 326-327). То есть, иначе говоря, Молотов не опроверг самый факт существования такого проекта («этого дела»), даже его подтвердил, но приписал авторство Берии...


[url=http://stalinism.ru/books/molotov.doc.zip]Сто сорок бесед с Молотовым
из дневника Ф. Чуева[/url]
Хрущев в выступлении по радио 19 июля 1964 года сказал: «В истории человечества было немало тиранов жестоких, но все они погибли от топора так же, как сами свою власть поддерживали топором». Приводит версии И.Г. Эренбурга и П.К. Пономаренко, которые во многом совпадают. В конце февраля Сталин собрал заседание Президиума ЦК по вопросу о «деле врачей» и о депортации советских евреев в отдельную зону СССР. Предложения Сталина не были поддержаны, после чего он упал без сознания. Берия там отмалчивался, а потом тоже отошел от Сталина
—Что Берия причастен к этому делу, я допускаю. Он откровенно сыграл очень коварную роль.

No comments.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 23:19

Бенцион wrote:помню публикации недостроенных бараков в тайге и свидетельства их строителей, свидетельства каких-то железнодорожников о подготовке составов и каких-то кадровиков о подготовке списков. Помню, что все их фамилии были не еврейские. Помню , что были названы фамилии, готовивших покаянное письмо, а также не согласившихся подписать . Давно это было. Но я не помню ни одной работы, которая бы прпоанализировала бы все это и опровергла. Может быть разве сейчас что то есть на антисемитских сайтах. Да вот и у нас появилось категоричное , но бездоказательное отрицание. Развиваемся
Вот посмотрел и нашел ссылку на атаки не только опровергателей Шоа, но и на план депортации евреев после дела врачей.
«Советским евреям депортация предстояла»
Федор Лясс


Кстати, может быть эти историки заодно опровергают и антиеврейский характер "дела о врачах"?
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.

igorp
В реале Игорь Пекер
Posts: 17122
Joined: 22 Nov 2001, 02:00
Location: Ришон, Израиль
Contact:

Postby igorp » 18 Oct 2006, 23:24

Yigal wrote:O плaне Стaлинa пo oкoнчaтельнoму решению еврейскoгo вoпрoсa в СССР я узнaл oт свoегo дедушки ещё 70-е гoды.

Готовил ли Сталин депортацию евреев?
(Рафаил Кугель, "Заметки по еврейской истории" 10-06-2002 )

Этингер Я.Я. Это невозожно забыть: Воспоминания / Ред. О.А.Зимарин. - М.: Весь мир, 2001. - 272 с.
- 98 -

Булганин подтвердил ходившие в течение многих лет слухи о намечавшейся после процесса массовой депортации евреев в Сибирь и на Дальний Восток. В середине февраля 1953 года ему позвонил Сталин и дал указание подогнать к Москве и другим крупным центрам страны несколько сотен военных железнодорожных составов для организации высылки евреев.


Yigal wrote:
Толстый Луис wrote:не писал Эренбург ничего о якобы уже решенной депортации.

Вкратце рассказ Эренбурга сводится к следующему: 1 марта 1953 года происходило заседание Президиума ЦК КПСС. На этом заседании выступил Л. Каганович, требуя от Сталина: 1) создания особой комиссии По объективному расследованию «дела врачей»; 2) отмены отданного Сталиным распоряжения о депортации всех евреев в отдаленную зону СССР (новая черта оседлости).
(см.: «Die Welt», 1.09.56).

(Авторханов А.
Загадки смерти Сталина
Как произошел переворот?
)

Вы Aнaтoлию Aлексину верите? Или oн всё этo сoчинил?

Дорогие друзья! Этот год был годом мрачной годовщины. Это был год пятидесятилетия со дня смерти Иосифа Виссарионовича Сталина.
Так вот, сейчас идут споры, а вообще депортацию евреев он предполагал или нет. Он был самым страшным антисемитом какого только знало человечество, вместе с Гитлером.
Вы знаете, он замыслил – это в книге написано "Сталин против евреев", 5 марта начать дело врачей – "убийц в белых халатах". Их должны были не расстрелять, а повесить на Красной площади. А народ должен был возмутиться: "Как это так? Врачи, которые должны были исцелять людей – они их убивали!"
А товарищ Сталин должен был, как известно, евреев защитить от народного гнева и дать им возможность искупить свои грехи неизвестно где. Но об этом должны были просить сами евреи!
Меня не приглашали подписывать эту постыдную просьбу. Но моего ближайшего друга – Льва Абрамовича Кассиля пригласили.

( Выступление писателя Анатолия Алексина в иерусалимском Культурном центре на презентации его новой книги
23 июля 2003 года
)


И странным образом получилось так, что то, о чем знали и говорили все, о чем знала и чего боялась каждая еврейская семья, стало самой непроницаемой тайной. Во всем призналась Россия, во всем покаялась - и в голодоморе 1933 года, и'в убийстве тысяч польских офицеров в Катыни, и в сговоре с Гитлером... Даже подготовка Сталиным захвата Европы в 1941 году - сквозь зубы, но признана. И документов об этом публикуется все больше... А здесь - ни документов, ни признаний.
И выходит так, что кампания против "космополитов", арест и казнь членов Еврейского антифашистского комитета, "дело врачей" - все это и не должно было иметь никакого продолжения. Все это было как бы ни к чему, так - без всякой цели...
И уже находятся вполне удобные причинны появления слухов о депортации - еврейская мнительность; усугубленная ужасами недавней Катастрофы... А какая же могла быть депортация, раз нет соответствующих документов?!
Насчет документов мы еще поговорим, а пока вспомним, что в свое время на весь мир громогласно объявлялось, что никаких секретных протоколов к пакту Риббентропа-Молотова тоже не было - не имеется таковых в архивах СССР. Потом нашлись. И про Катынь ничего никто не знал, а офицеров польских немцы расстреляли... Нашлись документы и на это.

Недавно в Иерусалиме была издана маленькая книжка - "О подготовке Сталиным геноцида, евреев. Юридическое исследование этапов преступной подготовки Сталиным геноцида советских евреев". Автор - доктор исторических наук Яков Айзенштадт.
. По мнению Якова Айзенштадта, первым шагом к геноциду было убийство С. Михоэлса, вторым - дело Еврейского антифашистского комитета (ЕАК).

( Последняя тайна режима (часть первая)
Шели Шрайман (shraiman) @ 2005-07-16
)

++
Последняя тайна режима (часть первая)
Журналистское расследование
Шели Шрайман, Ян Топоровский (при содействии Зеэва Бар-Селы и Вениамина Додина), опубликовано в приложении «Окна», «Вести», в 1995-м году, перепечатано газетой "Новое русское слово" - Нью-Йорк.


Последняя тайна режима (часть вторая)
Шели Шрайман (shraiman) @ 2005-07-16

Почему акция не состоялась
...
Процесса, подобного Нюрнбергскому, над руководителями СССР не проводилось. Но ведь и лидеры Третьего рейха на процессе в Нюрнберге - лишь только речь заходила об уничтожении миллионов евреев - все как один отговаривались незнанием. И документов, несмотря на всю немецкую любовь к порядку и бухгалтерии, почти не осталось - их систематически уничтожали. И вообще - доля историка в XX веке незавидная...
Так что же нам известно?
А известно нам то, что в последние пять сталинских лет прошли одна за другой три антиеврейские кампании - космополитская, антифашистская (ЕАК) и врачебная. Спрашивается - зачем? Против верхушки партии они нацелены быть не могли - из евреев наверху осталось всего двое, да и те - Мехлис с Кагановичем. Ну еще у Молотова - жена Жемчужина... Слишком жирно ради них столько стараться, страну баламутить. Значит - цель была.
По всей стране шел слух о готовящейся депортации. Можно, конечно, допустить, что слухи распространялись сознательно - самими властями. Зачем? Поманить русских еврейским погромом, а евреев запугать? Но обещания надо выполнять (невыполнение заставило бы коренную национальность подозревать, что власть куплена евреями), а евреев запугивать было ни к чему - они и так беззащитны (пресса, культура, все общественные организации - уничтожены). Остается одно - согласиться с мнением, что планировалось именно то, о чем все говорили: депортация. А слухи оказались естественным следствием грандиозности предприятия - слишком много людей в той или иной мере были причастны к планированию и осуществлению акции.
Сама же депортация, как метод решения национальных проблем, ничего исключительного собой не представляла. Опыта хватало с избытком. И не только послевоенного....
Last edited by igorp on 16 Feb 2007, 01:43, edited 2 times in total.
Так и остается загадкой, как удaлoсь М.Карпову сoврaть в 3.3 рaзa бoльше чем Бaрaк...
Помогите Марку с ответом.


Return to “Ссылки”




  Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 0 guests